Книга Хозяйка таверны на краю галактики [= Попаданка или развод с императором], страница 41 – Дия Семина

Я с трудом поднялась, хочется в туалет, Тони давно пора менять пелёнку, к счастью, мне выдали в медотсеке внушительную пачку одноразовых и непромокаемых почти «памперсов», стало намного проще жить, хоть с этим делом.

Тру пальцами виски, лицо, хоть немного очухаться от «наркоза», изобилие информации о скором будущем дезориентирует и пугает.

— Прости, а где посол?

— На корабле его уже нет, недолгая стыковка в космосе, и господин пересел на другой корабль, секретно у них всё:

— Другими словами, он нас оставил одних? — эта новость меня разбудила.

Неприятным холодом прокатилась по телу, с минуты на минуту могут войти гестаповцы и отыграться на мне.

Сердце от испуга стало колотить с такой силой, что затошнило, или давление скачет, но ужасное ощущение, и называется оно — беззащитность.

— Не пугайтесь! Посол ясно дал понять, что вы его родственница, жена его сына или племянника, как-то у них там эти связи семейные сложно называются, но вас уже никто не тронет. Простите, пойду, не хочу вам мешать.

Тошнота усилилась! Рэндо его родственник? Или это просто подлог, ложь, чтобы как-то заставить сдать моего мужчину?

Паренёк уже в дверях, пришлось его окрикнуть, потому что кроме вселенских, есть ещё местечковые проблемы и их надо решать сейчас:

— ОЙ, у меня просьба. Очень нужна помощь.

— Да, я готов, что нужно?

— Я пока приведу в порядок Тони, покормлю его, а ты, пожалуйста, принеси еду мне. А потом посиди с малышом, он уже начал ползать, боюсь его оставлять одного, пока сама в душ сбегаю.

— Да, конечно, буду рад помочь. Ну, я пойду за едой?

— ОЙ, да, а то сейчас от голода сознание потеряю, — улыбаюсь и начинаю разворачиватьароматные подгузники сына. Парень мигом выбежал.

Малыша помыла, ветрела и завернула в простынку, он сонный, но быстро присосался, эх маловато ему уже молока. Надо бы прикорм давать, но тут нечего предложить привередливому сыну повара, синтетическую еду сама с трудом ем, а уж сынок её и тем более плюёт. После бульончика в нашей с Эли таверне, эта еда кажется просто ужасной.

— Ну что, мой сладенький, покушал? Теперь легче? Сейчас прибежит парнишка и посидит с тобой. А я в душ, ты же не станешь плакать? — приговариваю, меняю очередной подгузник и кладу сына на кровать, неожиданно резкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Слишком настойчивый, не спрашиваю кто, быстро открываю и замираю от ужаса.

— Что, портовая шлюха, не хочешь меня порадовать напоследок. Дрянь. Из-за тебя меня лишили всего! А раз так, я просто тебя придушу, — рука Эола сжимает мою шею, да с такой силой, что я начинаю хрипеть. Сильный гад! Никакие удары на него не действуют. Бьюсь как рыба на крючке, ещё немного и он сломает мне шею, в глазах всё темнеет.

И тут ой.

Я вдруг вспомнила один ужасный приём! Да простят меня боги! Пальцем, каким у нас обычно показывают непристойный жест, ткнула его в глаз, да с такой силой..

Я выбила ему глаз! Я! Пацифистка, шеф-повар, добрейшей души тётка из Москвы выбила настоящий глаз уроду!

Я выбила ему глаз! Я! Пацифистка, шеф-повар, добрейшей души тётка из Москвы выбила настоящий глаз уроду!

Он от неожиданности так громко взвыл, что прибежали ещё служащие. Но моя шея свободна, отпрыгиваю от своей нечаянной жертвы. С ужасом смотрю, как кровь стекает по его щеке.

— Грязь, дрянь. Мой дом отомстит тебе за всё! Тебе не жить — прошипел и тут же заткнулся, старший офицер буквально выдернул Вариуса из моей каюты!