Книга Игры Огня, страница 109 – Ольга Пашнина

— Ярина Огнева? — деловито спросил он.

— Да, это я. А вы, простите, кто?

— Меня зовут Григорий Ростов. Я поверенный Михаила Светлова. Мне поручено ознакомить вас с завещанием покойного.

— Завещанием? —эхом откликнулась я.

Какое странное слово.

— Все верно, все верно, — кивнул Григорий. — Михаил Светлов, господин Светлов, мой клиент, оставил завещание. И согласно его условиям, в день похорон я должен огласить его наследнику. Ну, а так как вы — единственная наследница покойного, то, соответственно, завещание я вынужден огласить вам. Прежде всего, примите, пожалуйста, мои соболезнования. Это ужасная утрата, такой молодой человек, талантливый маг… Я давно говорю, что эти игры нужно закрыть к чертям. Не должны дети соревноваться в магических умениях. На это и существуют школы, чтобы обуздать магию. В общем…

Он тяжело вздохнул.

— Что ж, если вы не возражаете, я вас с завещанием ознакомлю. Вот, пожалуйста.

Он протянул мне листок, и я с трудом, из-за выступивших слез, вчиталась. Но смысл написанного дошел далеко не сразу. Я перечитала еще трижды и подняла голову:

— Что это значит?

— А… там все написано. Имущество господина Светлова переходит вам. Конкретно — данная квартира, в которой мы находимся, и определенная сумма денег. Э… общий объем средств указан на второй странице. Вы сможете получить наследство не… э… менее чем спустя две недели после похорон, в том случае, если не объявятся наследники более высокого приоритета согласно законам Российской империи.

Квартира. Деньги… Этой суммы хватило бы, чтобы купить дом прямо на Невском. Почему он жил здесь? Почему делал вид, что снимает комнату, стоял в очереди в душ, варил кофе на замызганной кухоньке? Ответ напрашивался сам собой. Он делал это, чтобы быть рядом со мной.

Я бросила завещание на стол и развернулась к выходу.

— Ярина! — крикнула мне вслед мама.

Но я ее не слушала. Через несколько минут я уже неслась по Дворцовой набережной прямиком к Зимнему дворцу.

* * *

— Неужели ты хотел добиться именно этого? — Дмитрий задумчиво посмотрел на вино в бокале и промолчал.

Но Алексей Аронов не унимался.

— Тебе ее совсем не жалко? Девчонка и так страдает от собственной памяти, а ты позволил лишить ее парня. Признай уже! Твой брат — монстр. И ничего общего с тем хорошим мальчиком Алешей, каким он был в обычной реальности, у него нет.

— Если мне когда-нибудь понадобится совет, — холодно отозвался Дмитрий, — я непременно его спрошу. Ты зачем явился? Чтобы читать мне нотации? ЯринаОгнева, безусловно, невинная жертва. Но при любых переменах есть сопутствующие потери. Что касается ее так называемого парня… то его никто не заставлял бросаться грудью на защиту императора. Он сам сделал свой выбор. Конечно, выбор героический, и Российская империя ему этого не забудет, но тем не менее это был выбор, и он вполне мог остаться в живых.

— Хорошо бы ты сам верил в то, о чем говоришь.

В парадных залах Зимнего дворца пылали тысячи свечей, их свет дробился в хрустальных подвесках люстр и отражался в золоченых рамах портретов.

Воздух был густым от аромата дорогих духов, воска и дождливой свежести, проникающей с улицы. Офицеры в расшитых мундирах и дамы в бальных платьях, усыпанных жемчугом и камнями, плавно скользили по паркету, их смех и легкая музыка растворялись в величественном шепоте приемной. На столах, уставленных фарфором, искрилось шампанское, а в серебряных блюдах дымились изысканные закуски.