Книга Отвергнутая истинная чёрного дракона, страница 100 – Светлана Ворон

Кивает на магическое зеркало, через которое мы наблюдаем за суетящейся Эль.

На ней защитный передник, покрывающий грудь и подол пышного платья. Волосы забраны вверх и скреплены в пучок. Лицо мрачное, деловитое, ослепительно красивое.

Прямо сейчас Эль в алхимической лаборатории варит и творит. Сосредоточенно сыплет в кипящую зелёную жижу то щепотку сухой травы, то порошок. Вырывает из своей головы светлый волос и туда же закидывает.

Варево тут же теряет цвет и становится льдистым.

А у меня в груди расцветает странный, морозный протест. Сердце не хочет вычёркивать эту ведьму из жизни. Оно хочет её всегда рядом, в моей постели.

Или этого хочет мой дракон?

— Она сделала его более опасным для меня или, наоборот, безобидным? — спрашиваю у чародея.

Хочет ли она меня отравить. Или чтобы отворот не подействовал, и я продолжал вокруг неё виться. Вот в чём вопрос.

— В целом она приготовила его верно. Только вот на драконов ни привороты, ни отвороты не действуют. Её труд совершенно бессмысленен.

И зачем тогда она это делает? Я мог бы выяснить пытками, что она от меня скрывает, но по непонятной причине даже наказание ей отменил.

Вместо подземелья она живёт в моей спальне. Вместо заслуженной казни — ублажает меня в постели.

Меня раздирают на части гнев и обида. И в то же время иррациональное желание заботиться о ней.

Может, это из-за воспоминаний о нашей счастливой, совместной жизни? Мне никогда не было так хорошо, как тогда, в горах. С упрямой хозяйкой косого домишки, неохотно отдавшей мне свою невинность и согласившейся стать моей женой.

Всякий раз, когда мой дракон расправляет крылья, я оказываюсь в этих горах и кружу над своей недостроенной банной империей. Всякий раз меня рвут обида и сожаление, боль и тоска.

Мою душу будто раскололо на части, когда правда вскрылась. Часть, которая испытывала к Эль привязанность и тепло, должна была в тот же час умереть.

Но этого не случилось. Я всёвремя ловлю себя на желании вернуться в те спокойные времена, сотканные из любви, и жалею, что не могу себе это позволить.

Я — король. От меня зависит слишком многое. У меня есть обязанности и долг.

Ненавижу девицу за то, что она дала мне почувствовать себя свободным и безмятежно влюблённым, а затем разрушила эту иллюзию.

Ненавижу, но избавиться от образов нашей идиллии не могу. Они терзают меня, некстати всплывают и дразнят картинками, в которых слишком много лжи.

Я бы и рад был, возможно, простить её. Только она не оставляет выбора, снова и снова бросая мне вызов. Дерзостью. Непокорностью. Резкими и колючими, как жало осы, фразами.

И в то же время эти её черты будят во мне дикую страсть.

Я ещё не встречал женщин настолько упёртых. Кто бы в глаза мне смотрел с такой лютой храбростью, граничащей с безумием. Не боялся ненавидеть открыто и плевал на мой королевский статус.

Тем паче хочу сломить её и сделать своей. Чтобы признала своё ко мне влечение. И чтобы сказала, за что поступила со мной так сурово. Почему обманула и не сожалеет.

Как будто я убил её родителей или раздавил любимого котёнка, вот она и мстит.

Так ведь не говорит!

— Некоторые ингредиенты, которые она заказала, и вовсе лишние, — рассуждает чародей, наблюдая за Эль так же, как я, зачарованно. Она — загадка.

Альмарах меня обследовал вдоль и поперёк, но не нашёл следов воздействия ни приворота, ни эльфийской магии. Ни заклинаний, ни артефактов, которые могли так привязать меня к Эль.