Книга Я отменяю казнь, страница 22 – Валерия Войнова

Денег не было. Зато был приказ.

— Господин дознаватель, — голос молодого помощника, лейтенанта Корса, вырвал его из мрачных мыслей.

Корс стоял у сейфа, держа в руках тонкую серую папку. Он был подтянут, выбрит до синевы и еще не утратил блеска в глазах — того самого, который исчезает после первого года службы.

— Разрешите обратиться? — Корс повертел папку в руках. — По делу Вессантов. Я готовлю документы к утренней отправке в Канцелярию, как вы велели. Но тут… нестыковка.

— Какая еще нестыковка? — глухо спросил Брамм, убирая письмо жены в ящик.

— В описи нет первичных рапортов. Нет заявлений свидетелей. Нет даже протокола предварительной слежки. Только ордер на обыск и пометка «Высокий приоритет».

Корс не возмущался. Он искренне пытался понять, как оформить документы так, чтобы комар носа не подточил.

— Я не могу заполнить форму четырнадцать без основания, сэр. Что мне вписать в графу «Источник информации»?

Брамм тяжело поднялся из кресла. Он подошел к помощнику и забрал папку. Пальцы привычно легли на алую шелковую ленту, перехватывающую картон.

«Красная лента». Знак того, что дело спустили с самого верха, минуя обычную бюрократию.

Брамм знал, что внутри папки — пустота. Он сам составлял этот отчет сегодня днем, высасывая обвинения из пальца под диктовку человека в сером. Ему было тошно, но он помнил про крышу. И про то, что бывает с дознавателями, которые задают лишние вопросы людям в сером.

— Ты хороший офицер, Корс, — сказал он, глядя на папку. — Внимательный. Но ты всё еще мыслишь как курсант Академии. Ты ищешь улики, чтобы построить обвинение.

— А как надо, сэр?

— В делах «Высших», парень, всё наоборот. Сначала появляется обвинение. А улики… улики появляются в процессе.

Брамм открыл папку, макнул перо в чернильницу и размашисто вписал в пустую графу одно слово:«Оперативные данные».

— Вот твой источник, — он подул на чернила. — Этого достаточно для ордера.

— «Оперативные данные»? — переспросил Корс, чуть нахмурившись. — Но это же… размыто. Канцелярия может завернуть запрос. Магистр Дорн, говорят, старый буквоед.

— Не завернет. Потому что вместе с этой папкой пойдет сопроводительное письмо с личной печатью Хранителя. Дорн побухтит для вида и откроет архивы.

Брамм захлопнул папку и с силой затянул узел на алой ленте.

— Запомни, лейтенант. Есть дела, где мы ищем правду. А естьдела, где мы обеспечиваем Порядок. Это — второе. Мы люди маленькие. Наше дело — обеспечить коридор.

Он сунул папку в руки помощнику.

— В сейф. На полку срочной отправки. Утром передашь «Зеленому вестнику». И проследи, чтобы сургуч не потрескался. Вид должен быть безупречный.

— Слушаюсь, — кивнул Корс. В его глазах мелькнуло понимание. Не осуждение, нет. Просто он поставил в уме галочку: так тоже можно. Это часть работы.

Брамм смотрел, как молодой офицер убирает сфабрикованное дело в железный шкаф.

— И, Корс? — окликнул он.

— Да, сэр?

— Если кто-то спросит, почему мы так спешим… скажи, что есть угроза уничтожения улик. Это всегда работает.

— Понял.

Дверца сейфа захлопнулась. Брамм вернулся к столу. Ему нужно было написать еще одно письмо — жене. Написать, что деньги на ремонт крыши скоро будут.