Книга Подделки на аукционах. Дело Руффини. Самое громкое преступление в искусстве, страница 95 – Винсент Носе

Случай с двумя картинами так и остался загадкой. Сложно поверить, что удачливому коллекционеру повезло открыть сразу два варианта одной и той же композиции, приписываемой великому мастеру Ренессанса, в двух разных форматах. Шанс крайне призрачен – тем более что и та, и другая версия так долго пребывали в безвестности.

Витторио Згарби не пожелал обнародовать имя своего «фальсификатора», но местные СМИ с легкостью отыскали среди его знакомых художника по имени Лино Фронджа, прославившегося своим талантом копииста.

Лино Фронджа родился в 1958 году в Монтеккьо, в Эмилии, где живет по сей день. Застенчивый с виду, он еще со времен учебы в Академии Болоньи увлекался старинной живописью. Фронджа безгранично восхищается Тицианом, Рубенсом и ван Дейком, спонтанность которых, между прочим, резко контрастирует с его собственным прикладным стилем. Он пишет достаточно простые композиции в стиле «магического реализма», вдохновленного де Кирико^[42]. На его картинах в металлическом свете персонажи-фантомы, более или менее обнаженные, бродят по таким же голым пейзажам. Он обожает работать в своей мастерской, включив на полную громкость музыку Верди – страсть, которую с ним разделяет его друг и сосед Джулиано Руффини. В тридцать он написал свой автопортрет: на нем изображен худощавый молодой мужчина с изнеженным лицом, тенью усиков над верхней губой и с глазами, неожиданно перекрытыми веткой. Его работы, предельно выхолощенные, не производят особого впечатления; тем не менее он добился определенного успеха, который открыл ему двери нескольких галерей в Реджо и Риме и привел даже к организации ретроспективы по случаю фестиваля в Сполето в 2009 году.

Однако как художник он полностью не раскрылся, предпочитая ностальгировать по традициям старинной итальянской живописи. Он превратил ее в целую доктрину, которую яростно защищал, и в тесном кружке римских художников многие сочли это утомительным. Объединив слово с делом, Фронджа показал себя одним из лучших имитаторов живописи прошлого. Так он влился в течение так называемых анахронистов – название, придуманное критиком Маурицио Кальвези, – которые «цитируют старинных авторов» и уделяют максимум внимания качеству исполнения.

Лино привык жить на широкую ногу, между столицей и домом в деревне, который он превратил в настоящий дворец. Стройка, по словам его соседей, продолжалась семь или восемь лет. Они регулярно замечают роскошные спортивные машины, на которых местный живописец приезжает из Рима навестить свою мать, к которой, как настоящий итальянец, он очень привязан. Одним из его самых больших успехов стала написанная в 1995 году детальная копия двух картин Давида, «Марс, разоруженный Венерой»из музея Брюсселя и «Любовь Париса и Елены»из Лувра, которые Джанни Версаче купил для своей виллы в Фонтанелле. В 2009 году они были проданы вместе со всей коллекцией знаменитого кутюрье с аукциона Sotheby’s, и начальная оценка этой пары была скромной, 8000 фунтов стерлингов, но в ходе торгов поднялась до 133 000, что говорит в пользу технического совершенства работ.

Он любит также писать своих знакомых: начиная с Витторио Згарби, верного друга, который передал ему заказ на монументальный алтарный образ для собора в Ното, близ Сиракуз. Згарби отвечал за оформление здания, которое было перестроено после обрушения в результате землетрясения 1996 года, и пригласил нескольких художников, дав им указание вдохновляться «стилем барокко» и творчеством Никола Ардуино, автора первоначальных росписей, утраченных в результате катастрофы.