Книга Искатель, 2005 №9, страница 73 – Елена Глинкова, Иерей Георгий (Максимов), Федор Березин, и др.

— И все же интересно, — констатирует Дадди, поджимая губу и с обидой сжимая кулаки, — так хочется стукнуть по чрезмерно правдивому экрану.

— Интересно? — отзывается Марина, наконец отворачиваясь от пульта.

— Давай снова посчитаем, — поднимает с трудом разомкнутую ладонь Дадди. — Нет, правда, просто посчитаем, и все. Так, для интереса. Мы ведь и сейчас так делали? Ну, хочешь, поспи! Я сам.

— Да, нет, давай уж я продолжу. Поспать мы еще успеем.

— Вот и я так думаю.

Теперь кривая на экране имела совсем странный вид. Это было похоже на траекторию брошенной поверх волн сплюснутой гальки, только с обращением процесса во времени. Взлетающие дуги все увеличивались и увеличивались, однажды обращаясь разорванной поперек линией, уходящей по касательной прочь.

— Но разве это возможно? — совсем спокойно удивлялась Марина, щурясь в экран.

— Наверное, нет, — размыкал напряженные челюсти Дадди. — У нас ведь нет паруса. Только… Я ведь просто так считаю — занятно.

— Ну да, заняться ведь больше нечем, — стреляла ему в глаза Марина. — И все-таки, что «только»?

— Что «только»? — переспрашивал Дадди, продолжая клацать кнопками: теперь над вычислителем возвышался он, а не Марина.

— «У нас нет паруса, только…» Ты так сказал или мне нужно извлечь и расшифровать запись «черного ящика»? Знать бы, где он прячется?

— Марин! — внезапно поворачивается к ней Дадди. — Мне нужно выйти в открытый космос.

— Зачем? — говорит Марина, уже догадываясь о цели, и тут же, спеша опередить правду, пытается остановить другим. — Жесткостьнаших скафандров недостаточна при такой близи к звезде.

— Глупость! — напущено веселясь, отмахивается Дадди. — Перестраховщики хреновы! Я просто туда и обратно. Делов-то — перецепить баллон.

— Дадди, одному нельзя. Может, я с тобой?

— Оставлять «Мушкетер» без присмотра тоже не положено. — Космолетчик Дадди уже встает, воспаряет к центру кабины. — Я туда и обратно. Что я, сам не понимаю, что такое радиация?

— Тебя зажарит, — она даже пытается перехватить его скользящую мимо ногу: растягивается эластичная ткань возле колена.

— Не глупи, малышка, — вертится в воздухе Дадди, словно пловец, борющийся с акулой. — Что значит «зажарит»? У нас с тобой не слишком много альтернатив. Сегодня еще можно, ты прикинь, какой поток будет в короне суток через двое. Тогда точно зажарит. — Он наконец вырывается и со смехом, толкаясь о подголовник ввинченного в пол кресла, уносится вдоль отсека.

— Ну, не шути, Дадди, — взлетает вслед за ним Марина. — Ты не посмеешь бросить меня здесь одну. Но он уже размыкает ящик. Оттуда пялятся в замкнутый мир «Мушкетера» одноглазые циклопы скафандров.

— Твое дело будет следить за изменением давления, — наставляет ее Дадди, колдуя с застежками. — Не хватало, выпуливаться вовне по второму разу.

— Дадди, — говорит она, дергая его за руку, — опомнись, это чистая теория. На сколько грот-мачте хватит раствора из вспомогательного бака?

— Посчитай. — Он уже сует ноги в невесомость внутренней оболочки скафандра. — На полную парусность — не хватит даже на раз. Попробуем работать пятой, а может, и шестой частью площади.

— Сумасшедший, — в отчаянии или в восхищении констатирует Марина.

— Это я-то? — удивляется Дадди. — Жалко, ты не успела… Точнее, я тебя познакомлю с Мегрэ, вот он действительно! Однажды ниже меркурианского перигея…