Книга Проклятие покинутых душ, страница 68 – Елена Асатурова

Николай Павлович удивленно хмыкнул, показывая на одну из полок. На ней аккуратно размещались коробки с новыми телефонами, планшетами, игровыми приставками.

– Презенты от спонсоров, – высказал он свою версию. – Будем надеяться, что они предназначены детям на Новый год. Хотя что-то подсказывает, что им достанутся вот эти башенки и елочки со сладостями и китайские плюшевые игрушки.

– Вы думаете, заведующая утаивает дорогие подарки и потом продает их? Но это уже преступление. – Недаром я прожила несколько месяцев со следователем: начала рассуждать, как он.

– Именно поэтому лучше побыстрее уйти отсюда, пока никто не заметил, и держать язык за зубами. – Сугробов выключил свет и увлек меня в галерею, плотно прикрыв дверь во флигель. – Это картина не для наших глаз.

Мы вернулись в каминный зал, который, к счастью, был пуст. В эти утренние часы все были заняты своими делами. Николай Павлович распрощался, объяснив, что опаздывает на уроки.

Переставляя стремянку ближе к окну, чтобы продолжить работу, я заметила листок, залетевший под батарею. Аккуратно расправила его, стряхивая кусочки паутины и штукатурки. На пожелтевшей бумаге был нанесен фасадный план здания в разрезе, датированный 1816 годом. Именно в это время Александр Романович Томилин перестраивал усадьбу. Чернила выцвели, но и в таком виде можно было разглядеть подвальное помещение под галереей и пристроенным к основному дому кирпичным флигелем. Интересно, существует ли поэтажный план, где может быть обозначен вход в этот подвал? И неужели руководство детского дома об этом не знает? Надо обсудить с Сугробовым, вдруг в его портфеле и есть такой чертеж. Не знаю, почему таинственный подвал вызвал у меня особый интерес. Возможно, из-за рассказов Лизы о том, как Тимур и Филя пытались его разыскать? Спрятав листок с чертежом в сумку, я снова заглянула в галерею, подсвечивая фонариком на телефоне. Все-таки одной мне было здесь не по себе. Дважды пройдя из конца в конец и ощупав стены, никакого входа в подвал я не нашла. Лишь возле одной из коробок что-то блеснуло в луче фонарика. Я наклонилась и подняла фантик от леденца. Такие мы с Лизой покупали для ее друзей на ярмарке у крепости. Значит, ребятишки сюда тайком забегают. Я посветила еще, но, кроме одинокой пуговицы, ничего интересного не нашла. Машинально сунув находки в карман комбинезона, я вернулась в зал и занялась расчисткой стен. Все мои мысли были о том, что сегодняшнее открытие автора росписей делает позицию мэра Ладожска гораздо сильнее. А шансы заведующей детским домом стремительно падают…

Ольга Николаевна не заставила себя ждать, появившись в зале примерно через час. Как обычно, она была одета в строгий костюм, на этот раз черный, с белой блузой, что делало ее вид очень официальным и даже траурным. От меня не укрылось, с каким пренебрежением заведующая оглядела мой заляпанный краской комбинезон. Но голос ее был дружелюбным и сладким, как у лисы, выманивающей сыр у вороны. Тем более я возвышалась над ней на стремянке, что дополняло ассоциацию с известной басней.

– Кира Юрьевна, я пришла напомнить о вашем обещании провести с детьми мастер-класс. Кажется, вы хотели научить их делать ангелочков для елки. Как раз сейчас ученики начальной школы свободны и ждут вас в комнате для рукоделия. Думаю, и вам не помешает небольшой перерыв в работе.