Книга Призраки затонувшего города, страница 60 – Елена Асатурова

В начале девяностых Марго неожиданно вернулась в родной город. Ей едва исполнилось тридцать, немного потрепанная, но по-прежнему привлекательная, она возникла на пороге, держа в руках большой сверток с розовым бантом. Так в жизни Моти появилась Варя, Варенька, младшая сестренка. Кто был отцом девочки, осталось тайной. Поговаривали, что какой-то известный спортсмен, не пожелавший обременять себя внебрачным потомством. И хотя Моте самому было всего шесть, он сразу взял на себя роль старшего брата, перенеся на девочку всю ту нерастраченную любовь и ласку, которую он не мог проявить к матери.

Та, однако, надолго не задержалась. По старой памяти устроившись на киностудию, которая переживала не лучшие времена, она случайно попалась на глаза режиссеру из Прибалтики, снимавшему рекламные ролики для популярных в то время финансовых пирамид. Это был ее звездный час.

– Смотри, бабуля, сейчас маму будут показывать, – восторженно кричал Мотя и тащил к телевизору Варю, которую больше привлекали игрушки в ее манеже, чем малознакомая женщина на экране. Бабушка спешила с кухни, вытирая мокрые руки ситцевым фартуком, и они замирали, ловя те короткие моменты, когда Непутевая мелькала в кадре.

Марго оказалась очень фотогеничной, ей стали поступать предложения, одно заманчивее другого, гонорары росли. Вокруг нее вились ухажеры, те самые повзрослевшие и заматеревшие малолетки, из которых сложился костяк местных ОПГ. Совершенно не умевшая распоряжаться финансами, она спускала все деньги на красивые шмотки, дорогие рестораны, поездки на курорты, купила машину. Но бабушка, проявив настойчивость, добилась, чтобы Непутевая часть заработков перечисляла детям. Это было очень дальновидное решение. Ибо Марго уехала от них в очередной раз, и, как оказалось, навсегда. Возвращаясь с какой-то бурной вечеринки после съемок новой рекламы, она не справилась с управлением и вылетела на встречку прямо под большегрузную фуру…

Так Мотя и Варя остались одни с бабушкой, все силы отдававшей внукам. Пригодилась ее расчетливость, благодаря сбережениям они не бедствовали и затеяли переезд.

Экологическая ситуация в их городе становилась очень неблагоприятной, загрязненный воздух вызывал аллергию, проблемы с легкими. Зима, длившаяся с октября по апрель, весенняя распутица, резкие перепады температур, когда в июле мог пойти снег, – из-за этого Варенька часто болела. Поэтому через год после гибели Марго они перебрались в Ярославскую область, где жила бабушкина подруга детства Любаша.

– Наш детский дом отсюда эвакуировали на Урал в 1943 году, – вспоминала она под перестук вагонных колес, пока ребятишки с любопытством смотрели в окно, ведь это было их первое большое путешествие. – Я там осела, а Люба после войны вернулась в родные края. Мы с ней были как сестры, обе из Ленинграда, она даже дочку в честь меня назвала. Давно в гости приглашала, да как-то не случилось раньше. Так что места и люди знакомые, не пропадем. А воздух там какой! Чистый кислород!

Любовь Пронина работала тренером в лыжной секции, куда взяла маленькую Варвару – девочке надо было укрепить здоровье. Неожиданно для всех лыжи стали смыслом жизни Вари. Она усердно тренировалась, не забывая и про учебу в школе, которая ей, как и брату, давалась легко. К пятнадцати годам уже была кандидатом в мастера спорта, несколько раз попадала в десятку, а потом и в пятерку сильнейших на всероссийских соревнованиях. Как раз в это время под Рыбнинском открылся центр спортивной подготовки для лыжников и биатлонистов, а Варю взяли в молодежную сборную.