Онлайн книга «И все в шоколаде»
|
– Да. – Вот и хорошо, – последнее препятствие было устранено. Марина знала, что дочь никогда не нарушает данного обещания. Теперь можно было спокойно шагать в новую жизнь – шагать широко, не стесняясь порвать штаны. Она сделала все, как планировала: пока Терехин был на работе, вызвала грузовую «Газель» со своей работы, собрала коробки, лежавшие стопкой под диваном, и принялась упаковывать вещи. Главное было успеть до возвращения мужа с работы: меньше разборок – меньше проблем. Ей очень не хотелось лишний раз выяснять отношения. Соседи помогали ей выносить загруженные коробки и расставлять их в машине. Она и не думала, что будет так много барахла. Первая партия тряпья уехала, готовилась к отправке следующая. Марина решила забрать все, что сможет увезти – мужу она оставит комплект постельного белья, две тарелки и ложку с вилкой. Хватит с него – он и так проживет, а ей детей поднимать. Все справедливо. Так не хочется ввязываться во все эти дележки имущества, но придется, видимо. За тряпье Терехин воевать не станет, но ведь есть еще земельный участок в черте города, а это приличные деньги, и комната эта. Она ей не нужна – у нее теперь будет все в десятки, в сотни раз шикарнее, но она имеет на все это право и выбьет свою долю. Но это все потом. Сейчас главное – побыстрее смыться отсюда. Соседи грузили стиральную машинку, когда неожиданно появился муж. Марина напряглась, но он, на удивление, не проронил ни слова, не задал ни одного вопроса, даже просто не взглянул в ее сторону. Он сел в коридоре и курил, глядя в окно. «Газель» трижды возвращалась за грузом. Напоследок Марина решила показательно перемыть окна и полы. Она набрала в таз воды и начала драить стекла. Окна она не открывала и не мыла их ни разу за все время, пока жила в этой квартире – так, протирала периодически подоконники – и все. Сейчас ей важно было лишний раз споказушничать, но все же открывать рамы она не стала – еще не хватало устраивать тут генеральную уборку. Саша вошел в комнату: – И что ты тут делаешь? – Да вот, не хочу после себя грязь оставлять, – Марина сосредоточенно терла стекло. – А как ты из души моей грязь вымывать будешь? – Вот только не надо пышных фраз, – Марина раздраженно бросила тряпку в таз с водой и слезла с подоконника. –Я хотела по-хорошему, без разборок и взаимных оскорблений. Или ты собираешься все это мне устроить? – Нет, не собираюсь, – Саша устало присел на диван, – просто нечестно все как-то, втихушку, словно нагадила и торопишься смыться. Можно ведь было прямо и честно обо всем сказать – я ведь не зверь, за шмотки держаться не стал бы и тебе препятствия чинить тоже. Скажи только одно: у тебя кто-то есть? – Нет, – Марина скромно опустила пушистые ресницы. Нечего ему знать того, что еще знать рано. Пусть живет здесь один с чувством вины, – я решила пожить одна, отдохнуть от семейных уз, от наших разборок, твоих пьянок. Я устала. Сейчас придут девчонки попрощаться с тобой, а я пойду. Да, вот еще, – она сняла с пальца обручальное кольцо, – мне оно больше ни к чему. Прощай, – она вышла на кухню, вылила из таза воду в раковину и забрала его вместе с тряпкой в свою новую квартиру. Девчонки вернулись от отца минут через пятнадцать, обе зареванные и притихшие. – Мама, папа там плачет, просил нас не бросать его, остаться с ним. Мы обещали, что будем приходить почаще, – Ира пыталась поймать взгляд матери, но та упорно прятала глаза. У нее были немного другие планы. Со следующей недели Катя переводится в другой детский сад, подальше отсюда, а домашний адрес бывшему знать совсем не обязательно. Марина решила бесследно исчезнуть из его жизни. Ей от него ничего не надо, она теперь будет жить безбедно, даже об алиментах переживать не придется – ей теперь подачки ни к чему. Все, идите все к черту – и муж, и его тетушки со своими дельными советами, и свекровь со своими вечно недовольными взглядами. Да, кстати о свекрови… |