Книга Красная Москва, страница 73 – Валерий Шарапов

— Деньги получили?

— Да, получили. Все точно. До копеечки. Не обманул, — печально сказал Чанишвили. — Шалва свои маме в Тбилиси отправил. А я свои в ресторане прокутил.

— Еще какие условия ставил человек в шляпе?

— Одно условие было странное, — нахмурился грузин. — Стрелять должны были из пистолетов ТТ. Обязательно ТТ, другие не брать.

— Онсам пистолеты дал?

— Да. Два ТТ, патроны. Сказал — после работы выбросить в речку или закопать подальше… Ну а мы… На всякий случай… Оставили у себя…

Никитин задумался. Если задержанный лжет, то лжет складно.

— Опишите мужчину в шляпе подробнее.

— Среднего роста, не толстый, не худой. Шляпа темная, пальто тоже темное. Шарф закрывал пол-лица. Голос обычный, спокойный.

— Возраст?

— Не молодой. Лет сорок, может, больше.

— Что-то особенное в нем заметили?

Чанишвили подумал:

— Нет, ничего необычного не было.

— Может, с руками у него что-то не то? Больные или бинтами замотанные?

— Не видел такого, гражданин начальник, мамой клянусь.

— Георгий Бесарионович, а зачем вы открыли стрельбу по женщине-милиционеру?

Грузин опустил голову:

— Испугались. Думали, что за старые дела берут. У нас документы не очень хорошие были… Шалва сказал — стреляй, а то посадят опять. Я не хотел стрелять, но со страху как-то само получилось. Да и попал я в потолок. Ту женщину Шалва убил…

— Понятно. — Никитин встал. — Если все подтвердится, что ты сказал, — получишь по минимуму. Незаконное хранение оружия. Но если соврал, то «вышку» я тебе гарантирую.

— Гражданин начальник! — заволновался Чанишвили и вскочил. — Мамой клянусь, правду говорю! Не убивал я! Один выстрел в потолок! Шалва ее грохнул!

Выйдя из допросной, Никитин сказал Орлову:

— Завтра поезжай на Казанский вокзал вместе с Чанишвили. Проведи очную ставку с работниками багажного отделения. Пусть все расскажут.

— Его-то они наверняка опознают. А вот того, кто оставлял газетные свертки, вряд ли вспомнят.

— Я тоже так думаю. Наш таинственный убийца слишком аккуратен, чтобы оставить следы. Но даже самый аккуратный человек иногда ошибается.

Дело начинало проясняться. Кто-то очень хитро организовал инсценировку покушения на Левина.

Никитин вышел из отделения, когда на улице уже темнело. Мартовский вечер был на удивление теплым и тихим. Он зашел в продуктовый магазин, купил бутылку водки — самую дешевую, какая была.

Продавщица посмотрела на него с любопытством — редко в их магазин заходили приличные люди за дешевой водкой в такое время.

Дом на Пушкинской встретил его знакомыми запахами коммунальных квартир. Никитин поднялся на третий этаж, нажал первый попавшийся звонок. Ему открыл какой-то старичок в белой рубашке с подтяжками. Узнал Никитина, сделал жест рукой, предлагая войти: «А Розочки еще нет».

Никитин долго стоял у двери Розы. Из соседних комнат доносились приглушенные голоса, звон посуды — люди ужинали, не зная, что их соседка больше никогда не вернется.

У него был запасной ключ — Роза дала его ему несколько месяцев назад «на всякий случай». Тогда он не придал этому значения, а теперь понимал — она просто хотела, чтобы у него всегда была возможность прийти к ней.

Комната встретила его тишиной. Никитин включил свет, сел в единственное кресло — то самое, где спал не так давно. Открыл бутылку, налил в стакан.