Книга Изгой. Пан Станислав, страница 59 – Максим Мацель

Стас просиял, как новенькая монета. Весь ужин он много шутил и смеялся. На сердце у него было легко. Ему вспомнилось детство. Как они много лет назад встречали Рождество с отцом. Как после он с ходил с друзьями по домам и пел рождественские колядки. Как уносил полные руки подарков и, довольный, показывал их отцу. После поступления в гимназию он всякий раз приезжал к нему на праздники в Краков. Город, и так очень красивый, к Рождеству сказочно преображался, и бурное веселье наполняло его на все две недели праздничных гуляний.

Стас снова ощутил себя дома в кругу родных и близких ему людей. Он отнес свои переживания и хандру на счет плохого настроения и особенно необходимости участвовать в дознании, которое разрывало его надвое. Воспоминания об отце заставили Стаса загрустить. Богуслав Булат научил сына быть самостоятельным и не бояться принимать решения. Только сейчас Стас как никогда нуждался в совете отца. Как быть дальше? Как выбраться из тех пут, которыми он сам себя связал по доброй воле?

– Что приуныл? – спросил его Ян, заметив быструю перемену в настроении брата.

– Да это я про детство вспомнил, как раньше с отцом вместе праздники проводили. А как ты, кстати,на охоту съездил? Почему меня не взял?

– Так, не особо, – смутился Ян. – Погода была не очень. Да и ездили в этот раз на отдаленные заимки.

Стас уловил неискренность в ответе брата, но настаивать не стал. Этот безобидный вопрос снова вернул его к мыслям об убийстве. Теперь ему во что бы то ни стало необходимо помочь Шоту и Репнину отыскать убийцу. Беспокойство за судьбу Елены не оставляло ему иного выбора. Пытаться добиться у Яна ответа о его поездке с Адамом напрямую юноша не решился. Да и вообще, время любопытных вопросов прошло. Любой интерес, проявленный Стасом, может сейчас только навредить.

Как же прав был Анжей, утверждая, что каждый из списка способен оказаться убийцей. В таком случае ломиться напролом становилось просто опасным. Стоило опять вернуться ко всему списку целиком, а не ограничиваться тройкой старых шляхтичей. А зацепок никаких. Стас так увлекся версией про связь убийцы с историей из далекого прошлого, что практически не уделил внимания ни Блощинскому, ни Орде, ни братьям Булгариным. А Яна так и вовсе сходу отмел. Столько времени впустую пропало. Не терзать же сейчас за рождественским столом дядю и брата вопросами про смерть посланника.

Остается последний шанс – завтра вся шляхта вновь соберется у Судзиловских. Если на празднике ему не удастся найти зацепку, то в Минск придется возвратиться ни с чем. Однако не страх за свою судьбу беспокоил Стаса. Ему не привыкать к тюремной баланде. Основываясь на беспощадной логике расследования, Стасу всё чаще хотелось добавить еще одного подозреваемого под номером десять в список Анжея – Елену. И в то же время он четко осознавал, что не в силах сделать этого. Так же, как и не в силах он будет на празднике вести дознание. Он понимал, что стоит ему только увидеть ее, как водоворот чувств не оставит ему ни единого шанса на разумное поведение.

Дом Судзиловских бурлил от гостей. Повсюду слышались веселый смех и громкие разговоры. Позже должны были прибыть и музыканты, чтобы под вечер побаловать шляхту танцами. Длинный стол был целиком заставлен большими блюдами с разнообразными закусками и напитками. И хотя все приглашенные еще не собрались, вино уже лилось рекой. То и дело раздавались хмельные возгласы усатых шляхтичей, уже успевших разговеться и причаститься в доброй мере к огромным пузатым бутылям. Группа мужчин собралась вокруг не расстающегося с бокалом Богдана Пузыны. Тот, покручивая свои длинные рыбьи усики, с гордостью нахваливал последние трофеи с недавней охоты.