Книга Безмолвные лица, страница 99 – Дмитрий Ковальски

Август шел по дому, внимательно изучая вещи, оставленные Грунландом: старые музыкальные инструменты, разложенные бумаги и заметки, картины на стенах, что рассказывали о жизни хозяина, о его увлечениях и успехах. Некоторые детали вызывали у Августа противоречивые мысли. Например, изображение на стене. В котле черти варили грешные души! Однако плохим мастером Грунланда точно не назовешь.

Август отправился дальше. Стены кабинета украшали рисунки и чертежи музыкальных инструментов. По углам скопились опилки, насыщая воздух теплым древесным ароматом. Август подошел к столу, где среди творческого хаоса стопками хранились бумаги и письма.

Сев за стол, он стал перебирать каждый листок и внимательно изучать его в свете масляной лампы. В основном ему попадались бланки с заказами и отправками инструментов в другие магазины. Среди прочего он нашел письмо его жены. Последние строчки прочитал с трудом:

«Будем ждать тебя в Тронхейме. Девочки уже скучают».

Август лишь на миг представил горе утраты этой семьи, но тут же отогнал эти мысли. Если он не поторопится, весь город сгинет в бесконечном трауре.

Август углубился в груду разбросанных документов, начиная методично перебирать страницы. Пожелтевшие письма и схемы музыкальных инструментов намекали на упорную работу мастера, но среди всего этого он заметил нечто иное. Один конверт выбивался из общей картины. Он был помечен восковой печатью с инициалами «М. Х.».

– Магнус Хокан, – завороженно прошептал Август.

Слишком большое влияние оказал этот человек на весь город. Всюду преследовало его имя. Сердце Августа забилось быстрее, когда он трепетно развернул письмо. Почерк был аккуратный, уверенный, а содержание явно предназначалось лично для Арне.

«Мастер Грунланд, хотите вы этого или нет, но мы с Вами связаны. Поверьте, я и сам не рад тому, что происходит, но у нас нет выбора. Дети в Доме Матери, Ваши дочери, дети совета – все в опасности. Но скоро все обязательно закончится. Я стараюсь, чтобы эти слова в самые быстрые сроки стали правдой. Только помогите мне. Совсем скоро я навещу Вас лично и расскажу о дальнейших наших действиях. До тех пор храните тайну, иначе накличете на нас беду. С уважением, Магнус Хокан»

Магнус не скрыл своего имени, обращался к мастеру прямо и, судя по тексту, желал, как и все, городу спасения. Но в то же время Августу это имя не давало покоя.

Встав, он сложил руки за спиной и принялся расхаживать из стороны в сторону.

– Судя по всему, причиной такого странного явления послужила определенная мелодия, что звучала на высокой частоте. И только детский слух смог ее уловить. – Август говорил четко, будто выступал с лекцией. – Для взрослых же мелодия оставалась неосязаемой, однако, – он сделал в воздухе пометку пальцем, – все равно вводила их в транс.

Остановившись посередине комнаты, он на мгновение задумался. Чтобы удержать такое количество детей под гипнозом, нужно без конца наигрывать мелодию.

Замолчав, Август позволил прочим звукам наполнить комнату. Его слуху открылась нежная музыка, рожденная сквозняком, что играл на каком-то из инструментов.

– Ветер, – произнес Август и двинулся на звук.

Оказалось, что тихая мелодия принадлежит маленькому аксессуару, подвешенному возле входной двери. Его взгляд остановился на тонких трубках, сплетающихся между собой, будто птичьи кости, подвешенные на изящных нитях. Оно напоминало ловца снов, но вместо плетений и перьев висели резные деревянные трубочки разной длины. Каждая из трубок была искусно выгравирована и по воле ветра, что проходил сквозь них, излучала мелодичные звуки. Звук был невероятно чистым и нежным. Таким выбивающимся в это жуткое время.