Онлайн книга «Парижский след»
|
— Нет, — ответил полковник. — Он съехал из отеля. И я подумал, что в таком случае он обязан сообщить вам о новом месте своего нахождения. Разве нет? — К сожалению, почти все офицеры это правило игнорируют и появляются здесь только для того, чтобы сняться с учёта перед самым отъездом. Париж, знаете ли, дурно влияет на дисциплину. Вчера — рестораны, сегодня — кафешантаны, завтра — чёрт знает, что ещё… — Понимаю, — согласился Клим. — Я познакомился с ним накануне. Договорились увидеться. Он оставил карточку отеля. Я приехал туда, но портье сообщил, что он покинул гостиницу. Вот я и подумал, что ротмистр, как положено, придёт в консульство. — Да, обязательно заявится. Только вопрос — когда? — Что же делать? — Поймать его непросто. Ведь он может гулять по Франции два месяца. Отпуск санкционирован военным министром. У него отмечен только один город пребывания — Париж. — Кстати, какую он указал цель поездки? Асташев пожал плечами: — Решил ознакомиться с историческими местами французской столицы. А вообще, — он поднял на Ардашева глаза, — он не простой ротмистр. — То есть? — Чрезвычайно редко военный министр идёт на то, чтобы разрешить офицеру находиться в Париже целых два месяца в счёт отпуска, а не командировки. Думаю, у него есть какой-то влиятельный покровитель. — Интересно-интересно, — задумчиво проронил Клим. — Вижу, что вы его в чём-то подозреваете, ведь так? — Да нет. Просто он странно себя повёл. Мы познакомились случайно в театре-варьете, и ротмистр представился коммерсантом Полянским. — Возможно, он принадлежит к аристократическому роду, вот и не захотел, чтобы разнеслась молва о его посещении развлекательных мест. — Да, похоже на то. А вот фамилию Торнау я точно уже слышал. — Если хотите, я отобью шифрованную телеграмму в справочную службу Генштаба и уточню, кто его родители. — Был бы вам очень благодарен. — Тогда по получении я отправлю посыльного в гостиницу. Вы где остановились? — Монсёр-ле-Пренс, 25, меблированные комнаты мадам Маршан. Военный агент сделал пометки на листке и сказал: — Думаю, дня через два-три ответ придёт. Через четыре — уж точно. Наши военные бюрократы в штабе не очень-то расторопны. Но не сомневайтесь, я сразу же вас уведомлю. — Благодарю, господин полковник. Но у меня одна просьба: если вы вдруг встретите ротмистра, то не стоит ему говорить о моём интересе к его персоне, хорошо? — Не беспокойтесь, Клим Пантелеевич. Я ведь не первый день за границей. Ваша «волшебная» бумага с водяными знаками дорогого стоит… А уж о прошлогодней миссии господина Ардашева в Вене известно всему Генеральному штабу[57]. Чего уж там скрывать, мы с вами одно дело делаем и одной матушке служим — России. — Это именно так. Честь имею! — Честь имею! Клим покинул консульство и зашагал по рю де Гренель, затем повернул на Сен-Жермен и направился к Сене. Наконец попалась свободная коляска. Ардашев вдруг заметил, что парижская суматоха стихла. Газовые рожки ещё не горели, но на небе уже виднелся тонкий оттенок наступающего вечера. Он добрался до дома, оставил книгу в комнате и спустился поужинать в бистро. Плат-дю-жур[58]подали, как и положено, через пять минут. Баранья отбивная, жареный картофель и бокал вина скрасили остаток дня. Ардашев вышел на улицу и, глядя на слепые окна своей квартиры, закурил. Вечер подкрался к городу неслышно, как кот к свежей сметане. |