Книга Парижский след, страница 46 – Иван Любенко

— На визитной карточке, которая лежит перед вами, указан номер телефона редакционного бюро газеты «Новое время» на улице Лафайет, — кивком указал Клим. — Вы можете протелефонировать прямо сейчас и навести обо мне справки.

Полицейский недоверчиво покосился на телефонный аппарат, но всё же снял трубку и попросил барышню соединить его с номером 2743. Через некоторое время в трубке послышалось гудение, и полицейский заговорил:

— Алло! Это редакция? Да… Инспектор Сюрте Бертран у аппарата. У меня тут сидит один тип… Называет себя Ардашевым. Говорит, что ваш сотрудник. Опишите-ка мне его.

Инспектор слушал ответ, скользя взглядом по лицу Клима, и время от времени повторял вслух детали:

— Так… Высокий, говорите? Брюнет… Глаза светлые…

— Не забудьте про нос, — вставил Ардашев с лёгкой улыбкой. — Скажите, что он прямой — это признак благородного происхождения.

Бертран сердито зыркнул на него, но в трубку буркнул:

— Нос? Да, нос имеется… Что? Ах, особые приметы… Усы… Тонкие, франтовские, — инспектор поморщился.

— Попрошу! — возмутился Клим. — Это последняя петербургская мода! И добавьте про подбородок — волевой и гладко выбритый, никаких бакенбард, как у некоторых старорежимных чиновников.

Полицейский, игнорируя реплику, продолжал слушать.

— Так, да: волосы гладко зачёсаны назад. Да… Галстук… «Four-in-hand», говорите?.. Ага… А пишет он у вас что-нибудь или так, пошататься приехал? Париж-то он хоть видел?..

Тут голос Флориана Павловича, кажется, развернул перед инспектором всю последнюю одиссею по кафешантанам.

— Да-да, я понял… Хорошо, месье Бельбасов… Достаточно… Вы весьма подробно описали… Нет, больше не надо… До свидания. — Он с грохотом положил трубку.

Бертран снова повернулся к Ардашеву, но теперь в его взгляде читалось скорее раздражение, чем подозрение.

— Ладно, всё сходится. Ваш коллега подтвердил, что вы и есть Ардашев. Но я всё равно не очень-то вам верю.

— И почему же?

— Потому что я никогда не слышал, чтобы газетчики так мастерски уходили от слежки. Вчера мои парни чесали затылки до поздней ночи. — Бертран пробарабанил пальцами по столу. — То, как вы вчера сбросили хвост на улице Монж, пересаживаясь с омнибуса на фиакр, — работа профессионала. На моей памяти так не делал никто, кроме старых рецидивистов.

— Благодарю за комплимент. — Клим развёл руками, сделав самое невинное лицо. — Но, видит бог, я принял ваших людей за грабителей! Париж нынче небезопасен, особенно в таких кварталах. Я просто пытался спасти свой кошелёк. Если бы они сразу предъявили удостоверения, я бы с радостью проследовал к вам. Зачем вообще нужно было устраивать эту комедию со слежкой, если вы и так меня отыскали?

Бертран тяжело вздохнул и признался:

— Да нам просто повезло. Жерар, один из моих агентов, живёт как раз рядом с меблированными комнатами мадам Маршан. Проходя мимо бистро, он случайно заприметил объект, который мы потеряли, то есть вас. Он выяснил у консьержки, что вы снимаете квартиру на третьем этаже, и доложил мне. Я решил отложить беседу до утра, потому что вчера весь вечер был занят допросом одного прыткого карманника, пойманного у театра «Эдем».

— Так в чём же дело, инспектор? Почему покойный переплётчик так важен для Сюрте?

— Дело в том, что Дюбуа был связан с анархистами, — понизил голос полицейский. — Судя по всему, в свои сорок два года этот тихий человек потерял голову и влюбился в одну двадцатипятилетнюю дамочку — Паулину Арно.