Книга Черный Арагац, страница 42 – Иван Любенко

София отставила бокал и принялась есть мороженное. Попробовав несколько ложек, она сказала:

— Знаешь, я боюсь за свою жизнь. Мне нужен твой совет. Я не знаю, как мне поступить. Но только ты должен пообещать мне, что всё сказанное мною останется тайной.

— Не сомневайся.

— Несколько дней назад я оказалась свидетельницей одного странного разговора между моим нанимателем и его знакомым, приехавшим недавно в Ростов. Они говорили о страшных вещах.

— Например?

— О войне.

— С кем?

— Армяне, живущие в Турции, собираются поднять восстание против османов. Я забыла название этой местности. Помню, что они упоминали о страшном пожаре, который сжёг весь город несколько лет тому назад.

— Это Зейтун. Ровно три года назад он сгорел почти полностью. Об этом писали все газеты. Но сейчас они отстроились. Да, мне недавно говорили, что зейтунцы много лет противостоят туркам, хотя и живут на их территории, — подтвердил студент.

— Восстание начнётся там, а потом, возможно, перекинется и в Эриванскую губернию, то есть в Россию, но уже против царя. Для этого они закупают оружие в Персии. У них есть какая-то политическая партия. У армян недостаточно денег, и потому они хотят расплатиться бриллиантом. Он называется «Чёрный Арагац». Они упоминали фамилию какого-то соотечественника, который был в Индии.

— Налбандяна?

— Точно!

— Он выиграл дело о наследстве донских армян в Индии.

— Я этих тонкостей не знаю, но, как я поняла, много лет назад он тайно привёз алмаз из Калькутты в Нахичевань. Это был подарок богатого купца армянскому народу. Приятель моего хозяина — анархист. Он всё время вставляет между слов «вот те на!» по-армянски.

— А у кого сейчас алмаз?

— Не знаю. Мне не удалось дослушать их разговор. Хозяин, увидев, что я сижу в проходной комнате и считаю на счётах, вскипел и спросил, почему я не ушла. Я ответила, что ещё не закончила сводить месячные расходы. А второй, заметив меня, всполошился и сказал, что меня надо убить, потому что я могу их выдать. Но хозяин дома успокоил его, объяснив, что я не понимаю ни слова по-армянски. Пришлось быстро покинуть дом, нанять извозчика и уехать.

— Он не знал, что ты выучила армянский?

— Неужели ты думаешь, что я настолько глупа, чтобы признаваться ему в этом?

— Когда это случилось?

— Третьего дня.

— И после этого ты там не была?

— Нет. Я дала объявление в газету. Думала, что потом съезжу за расчётом, но так и не отважилась. Я боюсь возвращаться. Но я говорила, что, возможно, воспользуюсь тремя выходными. Фактически я прогуляла всего один день.

— Они знают твой адрес?

— Да.

— Сколько денег ты должна заплатить за комнату?

— Нисколько. Я плачу за месяц вперёд. Таковы условия проживания. Я потому и не съехала, что хозяйка отказалась мне возвращать деньги. Мол, тогда у неё будет убыток.

— У тебя много вещей?

— Нет.

— Где они?

— Всё в моём шкафу.

— У тебя есть чемодан?

— Да.

— Он в комнате?

— Под кроватью.

— Тебе больше нельзя там появляться. Прямо сейчас мы уедем, и я поселю тебя в гостинице. Дай мне ключ от комнаты.

— Зачем?

— Я сложу твои вещи в чемодан и вернусь. А паспорт у тебя с тобой?

— Да, в сумочке.

— Отлично. Завтра ты отправишься в другой город.

— И куда?

— Пока не знаю. Подумаем и обсудим.

— Опять скитаться? Искать работу? А как же объявление?

— К чёрту всё! Жизнь дороже. Как звать того армянина, у которого ты жила? На всякий случай мне нужны его фамилия и адрес.