Книга Убийство под Темзой, страница 45 – Иван Любенко

Спустившись по лестнице, Клим попытался сдвинуть панель на место, но она не поддавалась. Тогда он принялся водить рукой по стене и нащупал едва заметный выступ. Студент надавил на него, и вновь послышался металлический шум двигающихся шестерёнок. Стена вернулась на место. Обратный путь дался легче. Попетляв по переходам, Клим увидел лакея, который помог гостю замка попасть в свою комнату.

Обстановка в новом пристанище большой роскошью не отличалась, но и упрекнуть хозяев было нечем. На стуле висела новая однобортная куртка с поясом, двумя нагрудными и боковыми карманами, жилет, рубаха и брюки. У железной кровати рядом с ковриком стояли высокие охотничьи сапоги, а на вешалке красовалась шляпа с широкими полями. Все вещи были совершенноновыми, будто специально купленными в магазине. И это предположение, как позже выяснилось, соответствовало истине.

Клим плюхнулся на стул и закурил папиросу. Мысли вновь путались в голове, как тогда, в тюремной камере. «После случайного обнаружения залы загадок стало больше. Однако надо ли об этом делиться с Робертом? Он не плохой парень, но очень торопится с выводами и слегка болтлив. Кто его просил выкладывать отцу и его другу сведенья, добытые в Ливерпуле? По лицам этих убелённых сединой джентльменов было понятно, что новость о планируемом профессором вояже в Нью-Йорк их заинтересовала… И про оброненную кем-то запонку в кабине мистера Пирсона тоже говорить не следовало… А теперь эта потаённая комната с расположенной под ней залой. Странный ковёр с кругами и кресло, украшенное крестом с обвивающей его змеёй, как трость покойного профессора. Случайно ли это совпадение? Хотелось бы понять, кто и зачем там собирается?.. Ладно, — мысленно выговорил он, затушив папиросу в стеклянной пепельнице. — Надобно примерить охотничье облачение».

Одежда и обувь были подобраны на удивление точно. Закончив примерку и переодевшись в свою одежду, Клим замкнул дверь и направился в сторону парадной залы. И опять ему пришлось шагать по лабиринту лестниц, коридоров и анфилады комнат. Каким-то образом, он попал на улицу через второстепенную, очевидно, предназначенную для прислуги, дверь. Махнув на всё рукой, Ардашев решил обойти замок вокруг, чтобы наконец-то добраться до главного входа.

Во дворе царило оживление. То и дело подъезжали кареты, скрипя колёсами по кирпичной крошке. Сопровождающие лакеи открывали двери, склонив головы. Леди и джентльмены, принадлежащие к самым высоким классам аристократического общества, величаво следовали в замок. Их встречал камердинер с важным лицом и благосклонно провожал к лорду.

Клим вынул из портсигара папиросу и закурил. Ему совершенно не хотелось находиться среди всей этой чванливой публики. Он бы с бо́льшим удовольствием побродил по дендрарию, или просто посидел бы на скамейке у пруда, кормя рыб хлебными мякишами. «Магнолии и карпы — это хорошо, но почему убийца подбрасывает красную матерчатую розу уже второй раз?.. Если преступник наведался на похороны в дом профессора — а это несомненно так, — то можно предположить, что он будетприсутствовать и здесь. Несомненно, есть вероятность и того, что смертоубийство под Темзой никак не связано с кражей бумаг из сейфа. Но где гарантия того, что вдова сказала правду насчёт наличия всего одного ключа? А что если был второй, и вор знал об этом? Пробравшись в дом, он отыскал его, вынул содержимое сейфа и, подбросив розу, купленную заранее (о ней уже раструбили все газеты) спокойно покинул дом. Но возникает вопрос: как он вынес похищенное? Рассовал по карманам? Заткнул за пояс? Эшби говорил о трёх толстых книгах для записей почти квадратной формы. Их ведь за пояс не засунешь, и в штанах не спрячешь… Человека с сумкой, саком, небольшим дорожным чемоданом или саквояжем я не видел… Да и с какой стати являться на похороны с поклажей? Сначала это вызовет недоумение, а как только станет известно о краже, сразу же возникнет и подозрение. А что, если это фотограф? Вряд ли. Он еле на ногах стоял. Но если даже допустить, что тетради были спрятаны в фотографическом аппарате, то как бы тогда он снимал? — Клим засунул потухшую папиросу в металлическую карманную пепельницу и продолжил рассуждать: — Нет, гипотеза о том, что убийца и вор разные люди вряд ли верна, потому что тогда вор должен был купить, либо сделать вручную точную копию первой розы, оставленной в тоннеле. А это не так просто. В газетах никто не описывал искусственный цветок подробно. Только я видел его и срисовал. И показал Роберту… Роберту…».