Книга Красный кардинал, страница 35 – Елена Михалёва

Варя ощутила волнение, от которого закололо в кончиках пальцев.

Возница тем временем терпеливо переминался с ноги на ногу за её спиной. Наверняка считал, что девица в любой миг передумает. Но Воронцова решила идти до конца.

Она лёгким шагом поднялась по широким белым ступеням и позвонила в электрический звонок, выделяющийся возле двери.

Где-то внутри раздался резкий, дребезжащий звук. Такой громкий, что не услышать его было попросту невозможно.

Открыл невысокий швейцар, молодой и русоволосый, прилизанный на одну сторону. Облачён он был в серо-зелёный сюртук и широкие форменные брюки.

– День добрый, сударыня. – Швейцар поклонился, а после смерил Воронцову взглядом. – Чем обязаны-с?

– Добрый день. – Варя до скрипа стиснула ручку портфеля. – Меня зовут Варвара Воронцова. Я бы хотела увидеть Бориса Ивановича Обухова. Передайте ему, пожалуйста, что у меня к нему срочное, даже безотлагательное дело.

Швейцар посторонился, пропуская девушку.

– Прошу вас, проходите, – предельно вежливо пригласил он. – Борис Иванович нынче отсутствует, но дома Герман Борисович. Он вас выслушает. Извольте ваш зонт-с.

Поборов мимолётную растерянность, Варя протянула зонт швейцару. Общение с младшим Обуховым в планы не входило, но всё же могло принести пользу, поэтому возражать она не стала.

Воронцова прошла за слугой мимо широкой лестницы с беломраморными перилами и очутилась в небольшой, но весьма уютной гостиной. Воронцовой хватило лишь раз обвести взглядом комнату, чтобы понять, сколь глубоко Обуховы уважают стиль французского Ренессанса.

– Будьте любезны, сударыня, подождите в этой комнате-с. Я схожу за Германом Борисовичем.

– Благодарю вас. – Варя медленно вплыла в помещение, продолжая взглядом впитывать детали изысканного интерьера.

Швейцар удалился, оставив гостью одну. В доме было так тихо, что девушка различила тиканье больших часов в смежной комнате и отдалённые голоса прислуги где-то на цокольном этаже.

Варя прошлась по гостиной и остановилась в центре.

В её голове остро зудела одна лишь мысль: зачем обладателю подобной роскоши какая-то брошь? Неужели кто-то бы мог поверить в потребность Обухова в подобной краже? Или же это она ошиблась?

Деревянные панели в нижней части стен, резные карнизы и двери, с такими сложными узорами, что невозможно не восхититься, отделанные арки оконных проёмов – всё словно из романа о Париже. Ключевым элементом комнаты служил монументальный камин из белого мрамора в центре длинной стены напротив окон. Декоративное панно над камином изображало сплетение элементов из мифов о Геракле: горгоны, кони, вепрь, бык, птицы и лань, а в центре – сам грозный герой в битве с Немейским львом.

Вся мебельная группа казалась сложной из-за обилия золота и вензелей и вместе с тем воздушной из-за общей лёгкости и тонких ножек столов, стульев и диванов вдоль стен. Светлая обивка с цветочным узором перекликалась с похожими портьерами, тяжёлыми и украшенными золотыми шнурами и кистями. Дополнением служила мягкая ковровая дорожка на грушевом паркете и бесконечные хрустальные подвески люстр и настенных бра. Но более всего Варе понравилось немецкое фортепиано орехового цвета в простенке меж окнами.

Инструмент стоял открытым, клавиши из слоновой кости блестели, словно покрытые толстым слоем прозрачного лака. Над ним под наклоном висело единственное зеркало. В прочих рамах красовались большие массивные картины – сплошь изображения сражений Русско-турецкой войны. Последний элемент казался мрачным, учитывая, насколько светлой была комната.