Книга Безупречные создания, страница 84 – Елена Михалёва

А младший терпеливо уточнил:

– Быть может, сударыне лучше подождать в экипаже?

Но Лиза спешно замотала головой.

– Нет, умоляю, позвольте и мне пойти. – Она в отчаянии сжала руку Алексея. – Клянусь, что не помешаю. Даже звука не произнесу.

Эскис посмотрел на неё с какой-то необъяснимой смесью жалости и нежности, но возражать не стал. Коротко кивнул. Все прочие замечания он, вероятно, приберёг для более удобного случая.

– Как пожелаете, – пожал плечами старший гвардеец. – Следуйте за мной.

Они обогнули дом с левой стороны и оказались в парке, обнесённом невысокой оградой. Клумбы и вазоны с цветами здесь выглядели довольно богато. В них пышно цвели бархатные розы и золотистые ирисы, но прочая растительность казалась одичавшей. Плющ оплёл одну из садовых статуй так, что почти невозможно было разобрать, кто скрывался под его изумрудными лозами. Вдалеке меж кустами разросшейся акации показалась кованая калитка. За ней раскинулась выкошенная поляна, справа от которой начинался яблоневый сад.

Пахнуло свежим сеном. Этот пряный аромат сочетался с запахом речной воды и мокрой краски, которой успели недавно покрыть изгороди вокруг дома.

Всё выглядело бы безмятежным, если бы не собравшиеся на поляне люди.

Сердце замерло, когда среди людей в гвардейской униформе разных чинов и званий Бельская заметила Николая. Он показался ей ужасно одиноким. Даже несчастным. Словно человек, готовый принять неизбежный фатум, который он навлёк на себя сам. Близилась расплата. Не просто за адюльтер с офицерской женой. Кара за неумение отказывать себе в земных радостях долгие годы.

Старший из сопровождавших их гвардейцев заступил дорогу, не позволяя выходить из садовой калитки.

– Начали-с, – хмуро отрапортовал он. – Не положено теперь мешать.

Лизе в один момент сделались безразличны все законы чести и светские правила. Она дёрнулась, чтобы обойти сторожа, но второй гвардеец тотчас встал с ним рядом. Алексею же пришлось удержать девушку за руку.

– Барышня, нельзя, – настаивал младший. – Мы и так не должны были вас пропускать на территорию.

А старший сурово добавил:

– Или ожидайте здесь, или идёмте обратно.

Он гневно глянул на Эскиса, и тот коротко ответил:

– Мы останемся здесь, благодарю вас, уважаемые, – а затем взял Лизу за руку поудобнее, переплетая их пальцы.

Этот жест немного успокоил Бельскую. И всё же она не могла отвести глаз от того действа, что разворачивалось перед ней.

Секунданты уже поставили противников на лужайку. Все участвующие лица, кроме Николая Феликсовича и обязательно присутствовавшего на дуэли доктора в штатском, были облачены в мундиры.

Мантейфеля Лиза прежде не видела, но признала его без труда. Высокий балтийский дворянин весьма холодной внешности и строгой выправки, он стоял аккурат напротив бледного Николая. Мантейфель носил модные, подкрученные вверх усы. Глядел сурово из-под густых бровей. Но двигался так, словно бы не желал этой дуэли. Равно как и его оппонент.

Заходящее солнце окрасило горизонт в насыщенный брусничный цвет. Так вышло, что напротив него стоял именно Николя.

Её милый, добрый и совершенно беззаботный друг более таковым не выглядел. Тёмно-синий костюм на нём издалека казался траурно-чёрным, отчего у Лизы тотчас перехватило дыхание. Недоброе предчувствие отозвалось слабостью в ногах.