Книга Мраморный слон, страница 46 – Наталья Звягинцева

Поднявшись из кресла и встав так, чтобы хорошо видеть лица графа и полицейского, Зорин заговорил:

– Вчера после завтрака меж княгиней и её внучкой вышла ссора. Я этого не слышал, но свидетели были. Поговорите про то с Лисиными, матерью и сыном. После ссоры Аннет заперлась у себя и не выходила. Княгиня же поделилась со мной причиной. Думаю, для следствия она будет представлять интерес. А суть ссоры вот в чём. Вздумалось нашей Аннет послушать, что о ней в её отсутствие говорят. Хвалят али ругают? Кто да что о ней думает? Кто выступает, а кто помалкивает? Скажете, блажь? Но что для старика блажь, то для молодого самое важное на свете. Так уж сильно засело это желание у нашей Анюты в сердце, что жизнь ей уж не мила оказалась. Вот я и подумал, пусть она потешится, послушает, что о ней в обществе толкуют… Способ, как всё организовать, Анюта сама придумала. – Генерал уже смотрел только на Вислотского. – Поменяться местами с Анной Павловной да прикинуться спящей. Все знали, что к концу ужина княгиня частенько задрёмывает, и пользовались случаем посплетничать. При княгине, конечно, такого никто себе не позволял, но когда она голову склонит, уснёт, значит, тут уж можно пуститься во все тяжкие. Так Анюта выдумала одежды свои на бабушкины поменять, лицо оборками от чепца прикрыть, вот никто её и не узнает. А мне поручено было разговор об Аннет за столом завести, дать гостям высказаться…

Смоловой хлопнул себя по лбу от удивления, звук вышел звонкий.

– Прошу прощения, – смутился он, – продолжайте, пожалуйста.

– Да здесь, собственно, и продолжать нечего, – Зорин понуро опустился в кресло. – Анна Павловна была против такого маскарада, но, поддавшись на мои уговоры, сдалась, позволила пошалить внучке. Да только ни к чему хорошему это, как мы знаем, не привело. Теперь Аннет мертва, а Анна Павловна при смерти. И во всём этом виноват я.

В повисшей тишине было слышно лишь шумное дыхание Смолового. Полковник бросил пытливый взгляд на писаря, а затем протянул одну из вязальных спиц Константину Фёдоровичу.

– Вам знаком этот предмет?

Зорин взял металлическую палочку, покрутил её в пальцах и, пожав плечами, спросил:

– Что это?

– Вязальная спица.

Рука генерала дрогнула.

– Так это и есть то, чем закололи Аннет? – не своим голосом просипел Зорин.

– Нет, но вы правильно поняли. Точно такую же спицу доктор Линнер извлёк из шеи покойной.

– Точно такую же… Уж не думаете ли вы, что это Лиза? – вскинулся генерал. – Она свою работу где только не оставляла. Все в доме это знали. Любой мог украсть эту её спицу. Хоть даже и я.

– Ваш порыв, безусловно, благороден, но Елизавету Антоновну никто не обвиняет, – поспешил заверить генерала Смоловой, но через непродолжительную паузу добавил: – Во всяком случае, пока. И вас, кстати, тоже. Хотя мне доподлинно известно, что убийца проживает в доме постоянно. Этому есть неоспоримые доказательства.

Полковник взглядом указал на два листка со списками имён на столе.

– Один из них и есть наш убийца. И именно в связи с тем, что злодей скрывается среди самых близких, не знаете ли вы, Константин Фёдорович, кто наследует состояние княгини Рагозиной в случае её смерти? Кому от этого самая большая выгода?

Зорин сидел совсем сбитый с толку. По его уразумению, в вопросах полицейского не было никакой логики. В надежде найти хоть немного ясности Константин Фёдорович умоляюще посмотрел на Вислотского, затем на Смолового и опять на графа.