Книга Мраморный слон, страница 55 – Наталья Звягинцева

Варя не выдержала и разревелась, но продолжала стоять перед генералом, закрыв лицо руками и всхлипывая.

– Ох, прости мне мою горячность, – генерал понял, что что-то всё-таки стряслось, и постарался придать голосу мягкость. – Варвара Фирсовна, голубушка, ну что там с мистером Грином приключилось? Говорите всё без утайки. Я чем смогу, помогу.

Не отнимая рук от лица, барышня прошептала:

– Он мёртвый лежит там, в оранжерее…

Забирать труп с утра пораньше из особняка княгини Рагозиной становилось недоброй традицией у Ильи Наумовича Смолового. Получив записку от Зорина прямо во время завтрака, полковник с сожалением взглянул на дымящуюся плошку каши, которую уже не успеет доесть, и, утёршись крахмальной салфеткой, поспешил по служебным обязанностям.

Заехав по дороге за помощником Иваном Фроловым и доктором Линнером, Смоловой прямо в коляске провёл совещание. Доктору предстояло осмотреть мёртвое тело садовника и как можно быстрее представить своё заключение, Фролову же следовало установить личность нашедшего труп и немедленно привести его в столовую для допроса. Сам же полковник хотел успеть и осмотреть место убийства, и привести мысли в порядок перед предстоящей беседой.

С первого же взгляда для вошедших в оранжерею Смолового и Линнера стало ясно, что причина смерти Грина – огромный кухонный нож, торчащий из его груди. И если бы это происшествие не следовало сразу за странным и изощрённым убийством Белецкой, то полковник решил бы, что это результат ссоры с кем-то из домашних. Но здесь было другое.

Вскоре подоспел Фролов и сообщил, что мистера Грина в теперешнем его состоянии обнаружила барышня Мелех, забредшая на рассвете в оранжерею, видимо, чтобы полюбоваться цветами в одиночестве.

– И как же понять этих молодых барышень? Что у них в головах происходит? – вздохнул Смоловой, всякий раз, когда заходил разговор о женских странностях, вспоминавший своих дочерей. – Чего ей в такую рань-то не спалось? Ох-ох. Что ж, зови её, Иван, побеседуем и всё выясним.

Мир Вари рухнул. Всего несколько часов беззаветного счастья и было у неё. Несколько часов счастья, что Варя смогла позволить себе. А теперь всё в прошлом, прошло и не вернёшь. Слёзы уже не текли, но всё вокруг оставалось нечётким и смазанным. Звуки, цвета, люди сливались в аморфные пятна, обтекали Варю, не задевая её. Она существовала отдельно, остальной мир – отдельно.

В какой-то момент Варя поняла, что сидит в кресле в ярко освещённой комнате, напротив неё – некрасивый пожилой мужчина с крошечными глазками и отвисшими брылами. Так это же полицейский, что вчера здесь был, он ищет убийцу Аннет да не находит.

– Варвара Фирсовна, вы сможете ответить на несколько моих вопросов? – подавшись вперёд, вкрадчиво начал Смоловой. – Ежели вам плохо, я могу и обождать, но вы должны понимать, что время сейчас на вес золота, нельзя его терять, быстрее надо негодяя изловить.

– Я отвечу, – неожиданно твёрдо сказала Варя и подняла сухие глаза на полицейского, за спиной которого неподвижно сидел граф Вислотский и с изумлением смотрел на барышню.

Неужто ошибся граф в своих выводах? Вчерашних мимолётных наблюдений, услышанных обрывков фраз с лихвой хватило Николаю Алексеевичу, чтобы составить мнение об этой безвольной особе. По всему выходило, что она подчинена отцу-тирану и не имеет ничего в своей душе оригинального, лишь то, что требует от неё папенька. Вялая, безвольная, одна из тысяч таких в России. Ничем не интересуется, ничего не желает, не живёт, не горит, а плывёт по течению, как опавший листок. Так о Варе думал граф вчера. Но сегодня это был уже совсем другой человек. Цельный, собранный, стальной. Хоть по-прежнему говорила барышня тихо и не позволяла себе лишних жестов, но будто за ночь случилась подмена, и теперь это не Варя Мелех, а кто-то другой.