Книга Тайна графа Одерли, страница 60 – Альда Дио

По велению графа я ждала в кабинете, сжимая в руках мягкий бархат жюстокора. Он успел впитать его запах, а потому я, осмотревшись, спрятала лицо в черной ткани. В легкие ударил терпкий аромат жасмина. Томный, окутывающий дурманящей дымкой, под которой раскрывается сладкий шлейф. Я закрыла глаза, пытаясь надышаться, раствориться в складках ароматной ткани.

Тебе идет этот запах, Генри Одерли. Уверена, что волосы твои пахнут во сто крат сильнее, и если бы я могла…

– Джесс?

Глаза вмиг распахнулись. Я инстинктивно спрятала жюстокор за спину, как пристыженный ребенок.

– Милорд! Ваш… ваш жюстокор. – Едва не уронив одежду, я передала ее графу, глядя в пол. Глаза не желали подниматься выше.

– У тебя есть что надеть?

Я желала провалиться сквозь землю, а не отвечать на странные вопросы. Конечно есть, не голая ведь перед тобой стою!За эту мысль захотелось влепить себе пощечину, хвала Фортуне, что подобная глупость с языка не слетела.

– О чем вы, милорд?

– На улицу. Сегодня холодно.

– На улицу? Как прикажете, милорд. – Сгорая от стыда, я не совсем поняла, на что именно ответила.

– Так… есть?

– Конечно, милорд.

Пожалуйста, отпусти!

– Отлично. Буду ждать тебя у выхода в сад через пять минут, знаешь, где это?

– Слева от столовой?

– Нет, те двери заперты до начала гуляний. В восточном крыле до входа в бальную залу есть гостиная, из нее выход в сад.

– Как прикажете, милорд.

Поспешно поклонившись, я выбежала из кабинета, так и не взглянув на него. Ну и безрассудная же ты, Луиза!

Я ругалась на затхлом чердаке, где хранился общий сундук с вещами прислуги. Я выудила свою неприметную шерстяную шаль и, по привычке проверив дневник, спрятанный у изголовья кровати, бегом пустилась вниз.

Восточное крыло выглядело совершенно заброшенным – немногочисленную мебель покрывали тканевые чехлы, а на дверях висели замки. На всех, кроме одной – ее я и отворила, и ступила в крохотную гостиную со шкафом, небольшим диваном и застекленной дверью, ведущей в сад.Сделав несколько глубоких вдохов, я теснее закуталась в шаль и вышла.

Фигура его очерчивалась ослепительным светом, отражающимся от снега. Безупречная осанка и сцепленные за спиной руки выдавали глубокую задумчивость, как и пристальный взгляд, направленный на заснеженный пейзаж. Я безмолвно приблизилась, не желая прерывать размышления, но облегченный вздох, сорвавшийся с его губ, подсказал, что он был рад освободиться от странного оцепенения.

– Джесс.

– Вам нужна помощь в саду, милорд?

– Ммм… Да. Да.

Снежинки медленно ложились на плечи. Черные волосы почти сразу покрылись белым покровом, и я спрятала улыбку от этого зрелища, опустив лицо. Холод цепкими пальцами хватался за щиколотки, но я не замечала его, согреваемая волнением.

– Милорд, – заговорила я спустя несколько минут молчаливой прогулки.

– Да?

– Вы сказали, вам нужна помощь.

– Ах да. Помощь. – Он потер пальцами переносицу, будто бы возвращаясь в настоящее. – Мне нужно… Мне нужно, чтобы ты собрала бальзамин. Да.

– Простите, что?

– Бальзамин. Однолетнее растение, цветущее до самых заморозков. Хочу сохранить последние цветы, пусть стоят в память о лете.

– Как прикажете… Милорд, позволите спросить?

– Позволяю больше не спрашивать позволения. – Уголок его губ поднялся в улыбке. – А спрашивать свободно.

– Я постараюсь. Эти цветы… Если хотите сохранить, значит, они важны для вас?