Книга Коварный гость и другие мистические истории, страница 122 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

Леди Д., выглянув из дверей, увидела, как в парадном зале сэр Роберт взял свечу и неторопливо поднялся по лестнице. Движимая предчувствием чего-то ужасного, она на почтительном расстоянии последовала за ним. Сэр Роберт вошел в свою комнату – она услышала, как закрылась дверь и щелкнул замок. На цыпочках, стараясь не шуметь, леди Д. приблизилась к двери; чуть погодя к ней присоединились обе сестры, леди Ардах и мисс Ф-д. Затаив дыхание, женщины прислушивались к звукам, доносившимся изнутри. Они отчетливо слышали шаги сэра Роберта, расхаживавшего по комнате. Затем наступила тишина, ее нарушил глухой звук, словно кто-то тяжело рухнул на кровать. В этот миг леди Д., забыв, что дверь заперта изнутри, повернула ручку; внутри, возле самой двери, кто-то тихо прошипел: «Тс-с-с!» Леди Д., перепугавшись, громко забарабанила в дверь – ответа не последовало. Она постучала еще громче – внутри по-прежнему царило молчание. Леди Ардах с пронзительным вскриком упала в обморок. Шум потревожил и слуг – трое или четверо из них уже мчались по лестнице. Они отнесли потерявшую сознание леди Ардах в ее спальню. После этого слуги долго стучали в дверь комнаты сэра Роберта и, не получив ответа, решились сломать замок. После отчаянных усилий дверь наконец подалась. Дамы вошли в комнату. На столе в дальнем конце спальни горела единственная свеча; на кровати лежало распростертое тело сэра Робета Ардаха. Он был мертв: глаза открыты, предсмертная судорога не исказила ни единой черточки его лица, словно душа отлетела из тела, не встретив никаких препятствий. Тело было холодным, как глина, – все тепло жизни покинуло его. Слуги закрыли остекленевшие глаза и, оставив покойного на попечение тех, кто считает привилегией своего пола и возраста пожирать глазами весь отвратительный спектакль смерти от начала до конца, выразили свои соболезнования леди Ардах, безутешной вдове. Тем временем в замке собрались все приглашенные, но в воздухе витал запах смерти. Нельзя сказать, чтобы гости сильно горевали о сэре Роберте, но на каждом лице лежала печать благоговейного ужаса. Говорили только шепотом, слуги ходили на цыпочках, словно боясь звука собственных шагов.

Похороны были обставлены с невиданной роскошью. В соответствии с последним желанием сэра Роберта тело было перевезено в Дублин и похоронено в старинных стенах церкви Святого Одуна – там я и прочел эпитафию, сообщавшую имя, возраст и титул покойного. Ни мраморный памятник, ни доска с гербовым щитом не спасают от забвения историю покойного, самому имени которого суждено вскоре исчезнуть без следа:

Et sunt sua fata sepulchris^[14].

События, описанные здесь, не выдуманы. Это чистая правда; и жива до сих пор свидетельница, доброе имя которой не позволяет сомневаться в ее искренности. Она видела все случившееся собственными глазами и может подтвердить достоверность этого рассказа вплоть до мельчайших деталей^[15].

Перевод Е. Токаревой

Десятый отрывок из бумаг покойного Фрэнсиса Парселла, священника из Драмкуллаха

В нижеследующем повествовании я постарался как можно точнее передать ipsissima verba моей уважаемой подруги, поведавшей мне свою историю, прекрасно понимая, что любые отступления от ее характерного стиля неизбежно скажутся на точности рассказа и ухудшат впечатление от него.