Книга Вы не поверите!, страница 53 – Питер Чейни

Перепуганный Перринер срочно шлет мне телеграмму. Похоже, письмо с требованием выкупа он получил пару дней назад; примерно в то же время, когда я приехал в Париж.

Интересная ситуация. Если требование выкупа было послано сообщниками Нарокова и если Нароков рассчитывал получить деньги, теперь сообщникам придется туговато, поскольку деньги Сержа уже не интересуют. Вопрос в том, дождутся ли они их вообще.

Закуриваю и наливаю себе хорошую порцию ржаного виски. Настроение немного повышается. Что-то мне подсказывает: события вот-вот закрутятся.

В этот момент звонит телефон. Дежурный администратор сообщает, что меня желает видеть месье Альфонс Зельдар. Прошу проводить гостя.

Еще через пару минут он появляется в номере. Его нос выглядит острее, чем вчера, но сам он благодушно улыбается, словно рад меня видеть. Под мышкой он держит пухлую кожаную папку для документов.

– Доброе утро, Зельдар, – здороваюсь с ним. – Вы пунктуальны. А где же Нароков? Я думал, он приедет вместе с вами.

Зельдар кладет папку на стол, снимает пальто и лишь потом пожимает плечами.

– Не знаю, что приключилось у Сержа, – говорит он. – По пути сюда я заехал к нему домой. Долго звонил в квартиру и убедился, что там никого нет. Я думал, он опередил меня, и мы встретимся здесь.

– Как видите, его здесь нет, – отвечаю я. – Вот что, Зельдар. Нам с вами лучше сразу начать разговор без всяких экивоков, иначе вы можете оказаться в очень щекотливом положении. Не хотелось бы этого. Мои представления о Серже Нарокове очень далеки от благоприятных. Он вызывает подозрения, а они распространяются и на его друзей, одним из которых являетесь вы. Я не хочу действовать жестко, – продолжаю я. – Просто хочу показать, как работает мой ум. Ясно?

Предлагаю ему сигарету. Зельдар закуривает, садится и недоуменно разводит руками:

– Мистер Коушен, вы должны понять, что мне самому все это кажется весьма странным и непонятным. Сержа Нарокова я знаю очень давно. Поверьте, ни один из его поступков не вызывал у меня подозрений. Я очень надеялся, что сегодня утром, к концу нашего совместного разговора, вы убедитесь в честности и безупречной деловой репутации Сержа. У него просто не было оснований входить в какой-то преступный сговор и кого-то похищать, о чем вы вчера упомянули на приеме.

– Прекрасно, Зельдар. Рад слышать. А теперь скажите, что вы думаете об Эдванне Нароковой?

Он снова пожимает плечами:

– Вы имеете в виду сестру Сержа? Очень обаятельная женщина. Возможно, излишне темпераментная, постоянно склонная влюбляться в разных мужчин. Но в остальном – очень милое создание.

Я улыбаюсь:

– Судя по этим словам, вы даже не знали, что Эдванна Нарокова – его жена?

– Но я всегда считал ее сестрой! – удивленно вскидывая брови, восклицает Зельдар.

– Очень странно, что вы так думали, – отвечаю я. – Она даже не русская, хотя отлично говорит по-русски. Она француженка. Еще вопрос. Как бы вы повели себя, если бы нам пришлось разговаривать без Нарокова?

– Боюсь, я не понимаю. Серж человек обязательный. Что означают ваши слова?

Я снова улыбаюсь Зельдару:

– Их особо и понимать не стоит. Нарокова здесь нет и уже не будет. Он мертв. Минувшей ночью он отравился при невыясненных обстоятельствах. Может, вы подскажете, в каком направлении пойдет наш дальнейший разговор?