Книга Дамочкам наплевать, страница 69 – Питер Чейни

Поворачиваюсь так, чтобы ноги оказались над осколком. Начинаю извиваться всем телом, словно уж на сковородке. Изрядно попотев, перерезаю веревку и освобождаю ноги.

Встаю и хожу взад-вперед, разминая затекшие ступни. Затем пытаюсь устроить такой же фокус с освобождением рук, но он не удается. Все, чего я добился, – это вернул подвижность трем пальцам на правой руке. Но толку от них мало. Надо придумать более действенный способ.

Покумекав, иду к двери и встаю рядом, чтобы вовремя встретить всякого, кто сюда явится. Приваливаюсь к стене и жду. Думаю, в голове мелькнет какая-нибудь полезная мыслишка. А выбираться отсюда надо как можно скорее. Я не понаслышке знаю, какими жестокими бывают мексиканцы, когда жертва не в состоянии дать им отпор.

Проходит еще полчаса. На лестнице вновь слышатся шаги, теперь мужские.

Подготавливаюсь к встрече. Надо ошеломить этого парня. Уповаю на то, что старая каракатица, швырнувшая в меня фонарь, расписала, в каком я никудышном состоянии.

Едва он входит в подвал, отступаю на шаг и бью парня ногой в живот. Поверьте, задача ударить помягче передо мной не стоит.

Парень крупный, рослый, с усиками и бакенбардами. Получив от меня, он скулит по-щенячьи и валится на пол. Его кишки получили серьезную встряску, чему я только рад.

Нельзя терять ни минуты. Ногой прикрываю дверь, стараясь, чтобы не скрипела, и принимаюсь за парня. Опять-таки ногами кручу его, стараясь отодвинуть подальше от двери. Он по-прежнему скулит. Что, больно? Мне тоже было больно. В следующий раз подумает, с кем связываться.

Поворачиваю его ничком. Нож у него там, где мексиканцы обычно носят ножи, – заткнут сзади за брючный ремень.

Встаю на колени. Пальцами, которые более или менее шевелятся, вытаскиваю у него нож. Нож держу кончиками пальцев, а парня снова переворачиваю на спину. Потом иду к двери. Упираю острие лезвия в древесину и грудью давлю на рукоятку. Добиваюсь, чтобы лезвие не вихляло, и начинаю тереться о него веревками, стягивающими грудь. Через несколько минут мои руки полностью свободны. Парню, пришедшему расправляться со мной, очень плохо. Он даже откатился в угол. Пожалуй, этот мексиканец сейчас ни на что не способен. Только скулить.

Обыскиваю его. Мне надо найти «люгер», который у меня забрали. Однако моего пистолета при нем нет. Оставляю его отдыхать в подвале, открываю дверь и тихонечко поднимаюсь по каменным ступенькам. Лестница приводит меня на первый этаж, в неопрятную кухню. Там никого, зато с радостью замечаю на столе в углу свой «люгер». Плечевая кобура исчезла. Ладно, невелика потеря. Опускаю пистолет в правый карман пиджака. Забегая вперед, скажу: это меня очень выручило.

Оглядываюсь по сторонам, вслушиваюсь. Тихо. Может, на меня напал всего один парень, что сейчас валяется в подвале. Оглушил, связал и притащил вниз. Толстуха, скорее всего, пошла хвастаться подругам, что я во власти ее сыночка и тот намерен превратить меня в наглядное пособие по скручиванию в бараний рог. Надо убираться отсюда поскорее.

И вообще нужно поскорее закончить все намеченные дела и покинуть Мексику, а то местная шпана может снова где-то подловить меня и устроить такое, что не понравится моей матушке. Она до сих пор не любит, когда обижают ее малыша.

Выбираюсь из дома и за конюшней нахожу свою машину, чему я чертовски рад. Продолжаю свой путь в Сони. Состояние дрянное, нос после свидания с сапогом толстухи продолжает болеть. Мне бы сейчас не помешал хороший глоток ржаного виски.