Книга Красная жатва и другие истории, страница 147 – Дэшил Хэммет

– Подкрадываетесь к людям, чтобы навык не потерять? – спросила она. – Кто вам сказал, что я здесь?

– Об этом все знают. Твои фото на первых страницах всех газет, и твоя биография, и что ты сказала принцу Уэльскому.

Она перестала улыбаться и пристально на меня посмотрела.

– Поняла! – воскликнула она через несколько секунд. – Этот недомерок, который за мной прыгнул, ваш агент, следить послали. Так или нет?

– Я не знал, что за тобой надо прыгать, – ответил я. – Я думал, ты накупалась и сама приплыла к берегу. Тебе не хотелось на сушу?

Она не улыбнулась. Ее глаза уставились на что-то ужасное.

– Ох! Ну чего ко мне все лезут? – прохныкала она и поежилась. – Гнусная штука – жизнь.

Я сел на стульчик возле белой кровати и погладил ее по плечу, закрытому простыней.

– В чем дело? – Я сам удивился отеческому тону, каким мне удалось это произнести. – Почему ты хотела умереть, Анжела?

Слова, просившиеся наружу, блестели у нее в глазах, тревожили лицевые мышцы, кривили рот, но и только. Те слова, которые она произнесла, прозвучали равнодушно, но с какой-то неохотной решительностью:

– Нет. Вы сыщик. Я воровка. Мне к вам дороги нет. Никогда про меня не скажут…

– Ладно! Ладно! – Я сдался. – Только, ради бога, не заставляй меня снова слушать этические рассуждения. Я могу тебе чем-нибудь помочь?

– Нет, спасибо.

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

Она покачала головой.

– Ты себя лучше чувствуешь?

– Да. За мной следили? Иначе вы бы не узнали так быстро.

– Я сыщик – я все знаю. Не балуйся.

Из больницы я пошел во Дворец юстиции, в бюро уголовного розыска. За столом капитана сидел лейтенант Дафф. Я рассказал ему о том, как Анжела бросилась в воду. Когда я закончил, он спросил:

– Есть предположения, почему она так поступила?

– Она с большим заскоком, не поймешь. Пусть ее заберут за бродяжничество.

– Ну? Вы же вроде хотели ее выпустить, чтобы потом ловить.

– Эта затея себя исчерпала. Попробуем посадить ее на тридцать суток. Большая Флора ждет суда. Анжела знает, что Флора была среди тех, кто убил ее Пэдди. А Флора, может быть, не знает Анжелу. Посмотрим, что может выйти за месяц из их сожительства.

– Это можно, – согласился Дафф. – У Анжелы нет предъявляемых средств существования, и нечего ей прыгать в общественные заливы. Я передам куда следует.

Из Дворца юстиции я пошел в гостиницу на Эллис-стрит, где остановился Том-Том Кери. Его не было. Я передал, что вернусь через час, и потратил этот час на еду. Когда я вернулся в гостиницу, высокий смуглый человек сидел в вестибюле. Он отвел меня к себе в номер и угостил джином, апельсиновым соком и сигарами.

– Анжелу Грейс видели? – спросил я.

– Да, вчера вечером. Ходили по кабакам.

– Сегодня ее видели?

– Нет.

– Сегодня под вечер она хотела утопиться.

– Да бросьте. – Он как будто слегка удивился. – И что?

– Ее выловили. Ничего страшного.

Тень, мелькнувшая в его глазах, могла выражать и легкое разочарование.

– Девчонка со странностями, – заметил он. – Не скажу, что Пэдди проявил плохой вкус, когда ее подобрал, но она чудачка!

– Как идет охота на Пападопулоса?

– Идет. А вы зря нарушаете слово. Вы мне почти обещали, что за мной не будет хвоста.

– У меня есть начальство, – извинился я. – Иногда я хочу не того, чего оно хочет, но вам это не должно особенно мешать – вы же можете оторваться?