Книга Загадка камеры № 13, страница 111 – Жак Фатрелл

Грэнтэм при этом наклонился вперед и с силой вцепился в подлокотники своего кресла. Его мать заметила это и мягко накрыла одну из побелевших от напряжения рук молодого человека своей ладонью. Он взглянул на нее раздраженно и снова повернулся к Мыслящей Машине.

Мистер Розуэлл, психиатр и второй доктор продолжали, как завороженные, смотреть на ученого, ожидая продолжения рассказа.

– Если речь шла о сомнамбулизме, то кто из двоих страдал им? – помолчав, произнес ученый. – Относительно вас, миссис Розуэлл, у меня не было никаких подозрений. У вас не тот темперамент, вы нормальная здоровая женщина. Кроме того, если принять за истину ваше утверждение, что вас поднимал с постели какаду, выкрикивающий имя Жанетт, можно считать доказанным, что вы не являетесь лунатиком. А ваша падчерица? Она страдает столь сильным нервным расстройством, что вы опасаетесь за ее вменяемость. Поскольку никого другого не осталось, получается, что лунатиком была она. Что, кстати, подтверждают и крики какаду.

Теперь давайте посмотрим, как можно открыть сейф. Согласимся, миссис Розуэлл, что никто, кроме вас, не знал комбинацию. Но вы записали ее, значит, кто-то мог разгадать код. Ваша падчерица не помнит комбинацию цифр, когда пребывает в нормальном состоянии. Я не сказал бы, что она помнит ее в сомнамбулическом состоянии, но могу утверждать, что, пребывая в нем, она в курсе, где комбинация записана. Откуда именно, мне это неизвестно. Но это не столь важно сейчас.

В любом случае в таком состоянии она, пожалуй, была твердо убеждена, что нечто важное для нее, то, что она искала, находилось в сейфе. Но Жанетт не интересовали драгоценности, и в этом можно было убедиться, судя по тому, как она действовала этой ночью. Что же тогда? Письма! Насколько я понял, речь шла о них, и она ранее сама призналась в этом. Какие именно, теперь не имеет значения. Вы, миссис Розуэлл, посчитали своим долгом спрятать или, возможно, уничтожить их.

Муж и сын повернулись и с удивлением посмотрели на нее. Она явно смутилась и какое-то время растерянно переводила взгляд с одного на другого.

– Они содержали… – пробормотала она.

– Неважно, это не имеет отношения к нашему делу, – резко перебил ее Мыслящая Машина. – Если это, с позволения сказать, некий семейный скелет в шкафу, разбирайтесь с ним сами.

– Я не поверю ни во что, способное опорочить Жанетт! – страстно воскликнул Грэнтэм.

– Даже будучи полностью уверенным, что мисс Розуэлл открывала сейф, – невозмутимо продолжил Мыслящая Машина, – а в том, что именно она делала это, вы убедились сегодня ночью, я предпринял еще один шаг для доказательства. После того как исчез второй камень, я попросил миссис Розуэлл слегка испачкать руки ее падчерицы клубничным вареньем, когда та спала. Если бы варенье появилось на книге в следующий раз, когда сейф был бы найден открытым, это окончательно и бесповоротно доказало бы, что именно мисс Розуэлл открыла его. Так все и получилось. И тогда я пригласил вас, уважаемые господа, – обратился он к доктору Форрестеру и доктору Хендерсону. – Остальное вы знаете. Я могу добавить, что господин Грэнтэм в своей попытке взять кражу на себя просто сделал глупость. Ни один человек, не прибегая к специальным инструментам, только с помощью пальцев не смог бы вытащить ни одного камня из диадемы.