Книга Мисс Пим расставляет точки, страница 76 – Джозефина Тэй

Оглядываясь, Люси выбирала, за какой стол сесть, как вдруг чей-то голос окликнул ее:

– Мисс Пим!

Первым побуждением Люси было удрать; у нее не было никакого настроения болтать сейчас со студентками, но тут она увидела, что это Нат Тарт, которая представляла собой женскую половину сидящей в углу пары. Мужской половиной был, несомненно, «мой кузен», Рик, который полагал, что она, Люси, «чудо», и который на языке колледжа именовался «этот жиголо».

Детерро встала, подошла к Люси поздороваться – в том, что касалось формальностей, ее манеры были очаровательны – и повела ее к своему столу.

– Как замечательно! – воскликнула она. – Мы говорили о вас, и Рик сказал, как бы ему хотелось познакомиться с вами, а вот и вы. Это чудо. Это мой кузен, Ричард Гиллеспи. Его при крещении назвали Рикардо, но он считает, что это слишком похоже на имя кинозвезды.

– Или руководителя джаза^[35], – добавил Гиллеспи, пожал Люси руку и усадил ее за стол. Его ненавязчивые манеры истого англичанина несколько нейтрализовали впечатление, которое производило его несомненное сходство с избитым образом латиноамериканского киногероя. Люси поняла, откуда произошел «жиголо»: черные гладкие волосы, очень густые, длинные ресницы, трепещущие ноздри, тоненькая полоска темных усиков – все соответствовало типажу; но, как показалось Люси, на этом сходство кончалось. Внешность он унаследовал от какого-то латиноамериканского предка, но манеры, воспитание, характер – тут он был типично английским, продуктом закрытой средней школы. Он был значительно старше Детерро – около тридцати, предположила Люси, – и казался приятным, достойным доверия человеком.

Выяснилось, что они уже сделали заказ, и Рик пошел на кухню добавить к нему еще одну порцию бидлингтонских гренков с сыром.

– Эти гренки с сыром совсем не те, которые подают в чайных в Лондоне, – пояснила Детерро. – Здесь очень вкусный соус из сыра на очень мягких тостах с маслом, и все это приправлено необычными вещами вроде мускатного ореха – думаю, это мускатный орех – или тому подобного, и у них божественный вкус.

Люси, которая сейчас была не в том состоянии, чтобы придирчиво разбираться во вкусе пищи, сказала, что это звучит изумительно.

– Значит, ваш кузен англичанин?

– Ну да. Мы не «двоюродные брат и сестра», как вы это называете, – объяснила Детерро, когда Рик вернулся. – Сестра отца моего отца была замужем за отцом его матери.

– Проще говоря, – пояснил Рик, – наши дедушка и бабушка были братом и сестрой.

– Может быть, проще, но это неточно, – заявила Детерро, вложив в свои слова все презрение, которое латиноамериканцы испытывают к безразличию англосаксов в установлении степеней родства.

– Вы живете в Ларборо? – спросила Люси Ричарда.

– Нет, я работаю в Лондоне, в нашем главном отделении. Но сейчас меня послали в Ларборо.

Взгляд Люси вопреки ее воле обратился на Детерро, изучавшую меню.

– Здесь находится одна из фирм, с которой мы связаны, и я должен поработать у них пару недель, – мягко добавил Рик и, посмотрев на Люси, улыбнулся одними глазами. – Я пришел к мисс Ходж и представил бумаги, удостоверяющие мое происхождение, мою респектабельность, мою платежеспособность, мою презентабельность, мою приверженность религии…

– О, Рик, хватит, – перебила Детерро, – не моя вина, что мой отец бразилец, а мать француженка. А что такое шафрановый пончик?