Книга Мисс Пим расставляет точки, страница 99 – Джозефина Тэй

– Что – удалось?

– Произвести впечатление на Памелу.

– Да, – подтвердил мистер Нэш, – именно это нам бы очень хотелось узнать. Всю жизнь мы пытались произвести хоть какое-нибудь впечатление на Памелу, но в ее глазах мы по-прежнему пара милых людей, которые по воле случая виновны в ее появлении на свет и над которыми время от времени нужно подшучивать.

– А вы, оказывается, тот человек, о котором в самом деле стоит писать домой, – проговорила миссис Нэш, подняла бровь и рассмеялась.

– Если это послужит вам утешением, – ответила Люси, – на меня ваша дочь тоже произвела сильное впечатление.

– Пэм – прелесть, – сказала ее мать. – Мы очень любим ее, но мне бы хотелось, чтобы она больше считалась с нашим мнением. Пока не появились вы, мисс Пим, Пэм не считалась ни с кем, за исключением няни, которая была у нас, когда Пэм было четыре года.

– И заставила считаться с собой физическим воздействием.

– Да, это был единственный раз, когда Пэм отшлепали.

– И что было потом?

– Нам пришлось расстаться с няней!

– Вы не одобряете, когда шлепают?

– О, мы-то были рады, но Памела не одобрила.

– Пэм устроила первую в истории сидячую забастовку, – сказал мистер Нэш.

– И сидела семь дней, – добавила миссис Нэш. – Если мы не хотели одевать ее и кормить силком всю оставшуюся жизнь, нам ничего другого не оставалось, как расстаться с няней. Это была превосходная женщина. Очень жаль было терять ее.

Раздались звуки музыки, и перед высокой стеной рододендронов появились Младшие в пестрых шведских национальных костюмах. Начались народные танцы. Люси, откинувшись на спинку стула, погрузилась в раздумье, но не о детских выходках Бо, а об Иннес и о том, что черная туча сомнений и предчувствий пытается затмить яркий свет солнца, как будто насмехаясь над ним.

Люси была так занята мыслями об Иннес, что, услышав голос миссис Нэш: «Мэри, дорогая, вот и ты. Очень рада видеть тебя», – вздрогнула, обернулась и посмотрела на стоявшую за ними Иннес. На ней был мужской костюм по моде пятнадцатого века, камзол, штаны и капюшон, под который были убраны волосы и который, плотно прилегая к лицу, подчеркивал особенности его черт. Теперь, когда глаза девушки, и так всегда глубоко спрятанные в глазницах, запали еще больше и под ними легли темные тени, ее лицо приобрело грозное выражение. Это было – как это говорится? – «роковое» лицо. Люси вспомнилось ее первое впечатление, что именно вокруг таких лиц создается история.

– Ты переутомилась, Мэри, – сказала миссис Нэш, глядя на девушку.

– Они все переутомились, – проговорила Люси, желая отвлечь внимание от Иннес.

– Только не Памела, – возразила ее мать. – Пэм никогда в жизни много не работала.

Да. Бо все подавалось на тарелочке. Чудо, что она выросла такой очаровательной.

– Вы видели, как я провалила упражнение на буме? – спросила Иннес светским тоном. Это удивило Люси, она думала, что девушка постарается избежать этой темы.

– О, дорогая, мы так волновались за тебя, что покрылись испариной, – сказала миссис Нэш. – Что случилось? У тебя закружилась голова?

– Нет, – заявила Бо, подходя к ним сзади и беря Иннес под руку, – просто это ее способ привлекать внимание. Эта девушка отличается не слабыми физическими возможностями, а великолепными мозгами. Никто из нас не догадался придумать подобный трюк. – И как бы в знак одобрения она пожала локоть Иннес.