Книга Дело N-ского Потрошителя, страница 146 – Наталья Дым

– Завтра уже не надо будет, – перебил его Денис и поднялся из-за стола. Потом сунул руку в карман и положил перед Богданом фотографию Насти.

Богдан взял карточку в руки и кивнул:

– Фото потом верну. Не переживай.

– А я и не переживаю. – Денис запахнул тулуп и, не оборачиваясь, шагнул к двери.

На улице его ждал извозчик, да не просто «ванька», а лихач с удобными лёгкими санями и медвежьим одеялом.

Денис постоял несколько секунд, размышляя, не отказаться ли от столь щедрого подарка, но в конце концов плюнул и решительно сел в сани, накрывшись шкурой. С паршивой овцы хоть шерсти клок. Некогда свою принципиальность показывать. Надо быстрее вернуться в отдел и узнать, нет ли новостей.

Новостей не было. Они с Ивановым и всей группой навестили Санька Тролева, но и тот ничего нового им не сказал.

Только тревоги от этого визита прибавилось. Тролев всегда подспудно раздражал Дениса. Он даже не мог объяснить, чем именно.

А тут ещё Митька странные разговоры про Персию завёл. Почему-то стало совсем тревожно, и по вискам опять ударила проклятая мигрень. Денис чуть не сорвался на Тролева, а это было бы совсем не профессионально. Поэтому и заспешил прочь из его квартиры. Следом за ним вышел Иванов, а дальше и остальные ребята потянулись.

На улице были уже ранние сумерки. Денис стоял, глядя в синеющее небо. К вечеру подморозило, и под сапогами хрустко скрипел снег. После тёплой, даже душной квартиры Дениса пробрал озноб. Он непроизвольно повёл плечами, пытаясь согреться, сунул руку в карман за своими верными папиросами и тут же наткнулся пальцами на инородный предмет, которого там не должно было быть. Но который, как сейчас вдруг понял Денис, он очень рассчитывал там обнаружить.

Он воровато огляделся, наткнулся на внимательный взгляд Иванова и чуть наклонил голову, словно говоря: «Да, оно есть».

Иванов тоже кивнул и повернулся к остальной группе:

– Мы с товарищем Ожаровым ещё в пару мест заглянем, а вы давайте дальше. До темноты ещё успеете пару улиц обойти. Надежды мало, но она есть.

Ребята спорить не стали. Да и чего спорить? Вот и старший уполномоченный рядом стоит, привычно постукивая по ногтю большого пальца неизменной папиросиной. Со следователем не спорит. А значит, со словами москвича согласен. Только Петрович цепко оглядел их обоих, но, кажется, осмотром остался доволен.

Денис и Иванов дождались, пока все отойдут подальше, растворяясь в морозном сизом воздухе, и, не сговариваясь, быстро, почти бегом бросились за угол дома, в небольшой тихий проулок. Денис выдернул из кармана сложенный вчетверо плотный лист бумаги, от нетерпения и непонятного волнения пальцы чуть подрагивали.

В неверном тусклом свете заходящего солнца они с Ивановым склонились над листом. Ровные витиеватые буквы сложились в несколько коротких фраз: «Старый молокозавод. Десять вечера. Будь один».

Вдруг Денис краем глаза уловил какую-то тень, неслышно скользнувшую к ним от соседнего дома. Он быстро сунул письмо в карман и резко развернулся, направив на стоящего перед ним человека пистолет.

– Тише, тише, товарищ милиционер! – Высокий плотный мужчина, чем-то неуловимо похожий на медведя, был Денису незнаком, но пистолета почему-то не испугался, стоял спокойно, даже довольно добродушно улыбался, словно в руке у Дениса было не боевое оружие, а детская игрушка.