Онлайн книга «Мертвая живая»
|
По щекам ее все-таки потекли слезы. Без криков, лились беззвучно двумя прозрачными ручьями из капель. — Потом Тима погиб, сразу после того, как Маша вышла. В полиции у меня даже не взяли заявление, сказали, он сам. Я знаю, что нет. Тима так не мог поступить. Мама ушла в этот же день, потому что я была на парах, и мне не смогли дозвониться, сообщили маме. А у нее уже был один инфаркт, сердце слабое… Когда я вышла с пар, уже все были мертвы, и мама, и Тима. У меня никого не осталось, и меня не осталось. А Лев вдруг почувствовал слабость. У него кончились силы. Он опустился на стул молча, не зная, что сказать. Он — оперуполномоченный, а не священник или психотерапевт. Как утешить девочку, которая разом потеряла всю семью? Он не знает. — Я пришла к Маше рассказать о том, что случилось. Она открыла мне дверь, я говорила и понимала, что это сделала она. Наверное, для полиции это глупо звучит. Доказательств у меня и правда не было, я пыталась написать заявление, даже на юриста потратила последние деньги, но он сказал, ничего нельзя сделать. У Маши есть алиби на тот день, она куда-то уезжала и была в поезде. Ее видела проводница, и куча народу, и камеры. Но я знала, что это она, отомстила ему за тюрьму. В голосе Тани зазвучала сталь: — Я… я хотела узнать правду. Ничего Маше не рассказывала о своих подозрениях. Наоборот, дружила. Говорила, что она моя семья, та, что осталась. Наврала, что меня достает парень в институте, и попросила помочь. Маша сначала отказывалась, но однажды все-таки проболталась. Алкоголь ей всегда развязывал язык, я подпоила ее, и она предложила мне за деньги сделать заказ в специальном клубе. Обещала, что с этим парнем расправятся в два счета и никто ничего не заподозрит. Лев кивнул: — Я знаю, клуб «Талион». Они решают, кому жить, а кому умирать. Считают себя вершителями судеб, карающими преступников. И я с этим не согласен, это неправильно. Никто не может принимать такие решения, поэтому в нашей стране отменили смертную казнь. Человек не может лишать жизни другого человека. Таня зажмурилась, словно пытаясь вытеснить из памяти увиденное, услышанное, пережитое. Оперативник спросил: — Все получилось, они взяли твой заказ? Он знал ответ, но тянул время, чтобы придумать, как сдернуть девочку вниз. Но мысли все время переключались на Стаса Крячко. Почему он не отвечает? Где его искать? Рука сама тянулась к телефону. — Маша… она взяла деньги начала мне обещать, что вот-вот познакомит, приведет на встречу с той, кто придумала «Талион». Она называла ее Светлана. Маша же выпивает, очень много. Тогда у нее можно хоть что-то узнать, поэтому я постоянно приходила к ней с бутылкой, и она постепенно все рассказала. Даже про Тиму, как она всех обдурила и не рассказала этим женщинам, что она по-настоящему была виновата. Понимаете? Они убили моего брата, расправились с ним из-за вранья этой дуры. Разве в этом справедливость? Поэтому я хотела встретиться с этой женщиной, каждый день звонила Машке и просила организовать встречу. Она все обещала, обещала, а вчера поздно вечером вдруг набрала мне и сказала, чтобы я срочно приехала по одному адресу, потому что там будет эта Светлана. Таня сморщилась от невидимой боли: — Я ждала на парковке, караулила ее, чтобы поговорить наедине. Без Машки, с глазу на глаз. Потому что мне не надо ни за кого мстить, я хотела просто, чтобы она знала, что они сделали с моей семьей и со мной. |