Книга Стремление убивать, страница 119 – Марина Юденич

Признаюсь, в той жизни доставал он меня смертельно. Но я терпел. Сам не знаю почему. Может, потому, что в отличие от подавляющего большинства людей, искавших встречи, он не хотел ничего, кроме дружбы. А может — кто ж теперь разберет? — судьба хранила его на крайний случай. Случай представился, и теперь ему предстояло исполнитьдружеский долг.

Нет!

Это я когда-то переступал через себя и исполнял. А он так жил. Как дышал. Как пил свое любимое виски. Растил детей. Заботился о родителях. И любил друзей.

А раз так, очертя голову кинулся меня спасать. Но по простоте своей спасение видел в одном — скорой и добротной медицинской помощи. Я пытался втолковать, что давно не верю врачам, многократно обманут, разочаровался в лучших из них. В ответ он крикнул уже на ходу: «Я приведу самого лучшего!» — и скрылся за дверью. «Где деньги, Зин?» — заорал я ему из Высоцкого.

Но было поздно.

Дальнейшее каждый может оценить в полной мере, потому что всем нам, включая самого доктора, хорошо известно, чего стоит попасть к нему на прием. В прямом и в переносном смысле. Думаю, парень прорвался исключительно потому, что ничего этого не знал. И вообще такое по плечу только очень наивному, убежденному в своей правоте, дремучему провинциалу.

Вот, собственно, и все.

Теперь я снова думаю о том, как избавиться от Ирины, но милицейских сирен пока не боюсь. И мне действительно чуть-чуть полегчало.

— Благодарю вас. Звучит обнадеживающе. Что ж, как договорились, давайте теперь думать вместе.

— Давайте! У меня, кстати, уже есть одна идея. Но прежде позвольте задать вопрос.

— Позволяю.

— Спасибо, Вадим, обязательно воспользуюсь вашим разрешением, но сначала я хотела спросить нашего доктора.

— Да?

— Вы можете как-то объяснить поведение женщины.? Я имею в виду Ирину. Она что же — просто расчетливая дрянь, которая отказалась от человека, как только дела его пошатнулись?

— Пошатнулись? Вы слишком добры, Юлия!

— Ну хорошо, рухнули, развалились. Кстати, я не так уж добра и вас не жалею. По отношению к ней вы вели себя, мягко говоря… Сами знаете. Но ведь она терпела? Понимаю, терпение не безгранично. Но что же, прикажете поверить, что оно кончилось именно в тот момент, когда кончились… деньги? Никогда не поверю! И почему она на самом деле не прогонит его окончательно, навсегда? Чего ждет? Или правда — наслаждается местью? Может, у нее тоже своего рода болезнь, проблемы с психикой? Вы ведь думали над этими вопросами?

— Разумеется, думал. И знаю ответы. Правда, я не планировал… хм, а вернее, хотел настоятельно вас просить и даже требовать соблюдения одного условия.

Вот оно.

Будьте внимательны! Сейчас я скажу очень важную вещь.

Итак.

В ходе обсуждения мы должны исходить из того, что каждый в своем решении прав.

Это непреложная истина! Аксиома! Мы — команда единомышленников. Друзей. Позиция друга не обсуждается. Она принимается и становится позицией каждого.

Нас не должны интересовать причины, побудившие того или иного человека, нам совершенно незнакомого, чужого, постороннего, совершить поступок или поступки, которые заставили нашего друга страдать.

Нам не интересно, что чувствовал этот человек. Для нас не имеет никакого значения, здоров он или болен. Счастлив или страдает. Он встал на пути нашего друга. Друг страдает, жизнь его в опасности!