Книга Стремление убивать, страница 44 – Марина Юденич

Приняв окончательное решение покончить с холостой жизнью, Михаил Моргулис счел за лучшее увезти избранницу за границу, сокрыв ее до поры от любопытных глаз. В том, что попытки разузнать всю подноготную таинственной невесты будут предприняты многими, он не сомневался ни секунды, ибо повадки общества, к которому принадлежал, знал досконально.

Он увез Юльку в Довиль, выбрав этот тихий и почти провинциальный теперь городок на атлантическом берегу Франции не случайно.

Место было чудное и в былые времена считалось модным курортом, который особенно любила потомственная европейская знать. Но времена менялись: аристократы дряхлели, теряли состояния, уступали позиции напористым буржуа. Тех прохладная тишь Довиля не прельщала: жадные до наслаждений души искали праздной толпы, вульгарной, кричащей роскоши. И город медленно подернулся дымкой забвения, которая окутала его так же легко и незаметно, как прозрачный атлантический туман, каждый вечер опускавшийся на тихие улицы, с тем чтобы на рассвете сменить ночную мглу и раствориться в первых лучах сдержанного нормандского солнца.

Немногиепотомки громких аристократических фамилий хранили верность городу, но они неумолимо старились, и вместе с ними ветшали некогда роскошные виллы, череда которых тянулась вдоль кромки моря, образуя главную улицу городка. На ней же помещались два отеля, еще хранящие былое величие, чопорные, как в лучшие времена, когда номера здесь бронировались едва ли не за год, теперь — большую часть года пустующие. По вечерам здесь распахивало двери прославленное некогда казино. Возле этих дверей красовался нежно-розовый «роллс-ройс» — кабриолет Еыпуска 1963 года, при виде которого казалось, что именитый владелец, крупно проигравшись, просто забыл машину на стоянке ровно тридцать семь лет назад.

Моргулис ехал сюда, надеясь избежать встреч с многочисленными приятелями, знакомыми и просто богатыми соотечественниками, оккупировавшими в последние годы и Ниццу, и Канны, и Биарриц. Тихий Довиль новая русская буржуазия, похоже, игнорировала в силу тех же причин, что и ее европейские предшественники: здесь упорно не признавали дурных манер и случайно нажитых капиталов.

Он поселил Юльку на небольшой, довольно скромной вилле. Стены ее были густо увиты плющом, а на зеленой лужайке за домом вместо современного бассейна бил старомодный фонтан, мраморная чаша которого, когда-то белоснежная, пожелтела и потрескалась от времени. Хозяйка виллы была русской по происхождению, дочерью эмигрантов перзой волны, которых бегство спасло от неминуемой гибели: отец ее был князь и генерал русской армии. Зинаида Николаевна родилась во Франции и удачно вышла замуж за французского аристократа, составив по тем временам неплохую партию: муж был богат, к тому же перед ним открывалась блестящая дипломатическая карьера.

Но нынче все было в прошлом: муж давно умер, не исполнив карьерных устремлений и почти полностью промотав состояние. Зинаиде Николаевне осталось громкое имя с таким количеством «des», что полностью еле-еле умещалось на визитной карточке, и старая вилла в Нормандии, которую ветреный супруг отчего-то забыл заложить. Господь не послал им детей, и она доживала век в одиночестве, обеспечивая себе сносное существование сдачей внаем большей части дома.