Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
– Эх, обидно. – Гитарист крепко, ладонью, ударил по столу. – Было бы хоть что-нибудь у меня – хоть что-нибудь! А так… Эх! Он с пушкой, а я – голенький. Он нас – да, а мы его – нет… Что ж тут поделаешь? Глупо получилось. – Куда ж он теперь может податься? – помедлив, спросил один из ребят. – У него есть тут какой-нибудь укрыв? – Поди угадай, – отозвался другой. – Он ведь, кажется, местный? – Да, – кивнул Гитарист. – Полтавский. Коренной. – Ну, тогда ищи ветра в поле… – Ничего. Как-нибудь! – сказал, отделяя слова, Гитарист. – Теперь им вся кодла займется. Вся! Специально займется. Теперь-то уж точно. – Ну, если кодла… – протяжно сказал первый. – Ну, если вся… – словно эхо, отозвался другой. Выбравшись из сада, Игорь перемахнул через дощатую изгородь и очутился на соседнем участке. Миновал и его. Выскользнул на улицу: осмотрелся, перевелдух. И, метнувшись через дорогу, углубился в путаницу мелких, глухих окраинных переулков. Он старался уйти подальше от злополучного места – и не только из-за блатных. С минуты на минуту туда могла нагрянуть милиция, привлеченная громом стрельбы. А ведь она тоже охотилась за ним! Игорь чувствовал себя окруженным, обложенным со всех сторон – словно загнанный волк. Повсюду у него были одни только враги! Да, нормальная его жизнь кончилась, все привычные связи распались. Все – кроме одной, единственной… Он вдруг подумал о Наташе. Связь эта, как тоненькая ниточка, была непрочна, ненадежна, едва приметна – но все-таки она существовала, и нельзя было ее обрывать. Игорь глянул на часы. Озабоченно сдвинул брови. Время близилось уже к четырем. А ровно в пять у него было назначено свидание с Наташей. Она должна была, по уговору, ждать его в кафе, напротив главпочтамта. Это, в сущности, на другом конце города. Путь не близкий – шагать да шагать! Он вздохнул и заторопился. Не приведи бог опоздать – упустить из рук последнее… – Что с тобой, Игорек? – спросила Наташа, тревожно, с беспокойством вглядываясь в лицо Интеллигента. – Ничего, – пробормотал он, усаживаясь за столик и тяжело дыша после быстрой ходьбы. – А в чем дело? – Ты ужасно выглядишь. – Просто – устал, замотался. – Где ж ты был? – Так… в одном месте… – Он сделал рукой неопределенный жест. Наташа сказала, осторожно проведя пальцем по шершавой его, небритой щеке: – У тебя здесь царапина. И рубашка вся в грязи, и на рукаве – гляди-ка – кровь… Ты, что ли, дрался? Он не ответил – молча пожал плечами. Осмотрел рукав пиджака. И подумал, что это кровь Брюнета… Вероятно – запачкался, когда отматывал ремешок кистеня. Н-да, вид, конечно, аховый, дикий. И как это все объяснить ей? Да и стоит ли? Есть ли смысл ее пугать? А может, все же – стоит? – Ах, Игорек, Игорек, – сказала она, – и когда ты угомонишься? – Дело не во мне, – проговорил он трудным, сдавленным голосом. – Таковы обстоятельства. – При этих словах он шевельнулся – искоса глянул на дверь. – Так уж как-то складывается. – У тебя почему-то всегда все складывается именно так! И в детстве – помнишь? – вечно ты задирался, ходил в ссадинах, в синяках. Они заговорили о детстве. И долго, наперебой, вспоминалиразличные события и даты, перебирали имена школьных друзей. Размягченный, оттаявший, Игорь проговорил: – Хорошее все же было время. Беззаботное – вот что главное! |