Книга Скелет в наследство, страница 86 – Николай Леонов, Алексей Макеев

Допрос продолжал Крячко, ведь именно он ее обнаружил и, насколько позволяли банковские данные, изучил историю ее отношений с покойным. Гуров возложил на себя вспомогательные функции, вроде дополнительных вопросов и психологической поддержки, если Светлане вдруг станет нехорошо. Старые товарищи ни о чем таком не договаривались заранее. Многолетнее сотрудничество приучило их моментально распределять роли в любой ситуации, осечки случались редко и, как правило, легко устранялись.

— Нам требуется узнать возможно больше о покойном, о людях, которые играли заметную роль в его жизни, — заговорил Станислав Васильевич. — Опишите, пожалуйста, характер ваших отношений.

— Я была молодой и глупой. — Она хохотнула второй раз, подняв глаза к потолку. — Как банально звучит. Представляю, сколько тупых девчонок вам говорят эту фразу! И чаще всего это ложь. Молодость тут ни при чем. Виной всему глупость, хроническая и клиническая, неизлечимая глупость, которая с годами не проходит, а только принимает новые формы. Но, спасибо Денису, я получила настолько хороший урок, что поумнела, и очень быстро, не успев состариться… Ой, что-то мне жрать захотелось!

Она резко поднялась с табурета и включила электроконфорку под чайником.

— Налью-ка чайку. У меня в холодильнике пироженки припрятаны. Вы извините, это последствия шока. Может, все-таки присоединитесь к моему пиршеству? А то неловко как-то. Баба сидит, объедается, а два мужика смотрят и о покойнике говорят.

Крячко и Гуров повторно отказались.

— Считаете меня черствой, наверное? — равнодушным тоном спросила она, в действительности нимало не заботясь о том, какое впечатление производит на людей.

— Думаю, он вас до этого довел, — вставил Гуров.

— Спасибо за понимание. Да, довел. Целый год мы встречались и целый год я терпела разные его выходки и унижения. Как же, любовь неземная! — Каждое слово Светланы сочилось едким сарказмом и самоиронией. Женщина не бывшего ненавидела, а себя и только себя. Ненавидела и презирала за то упрямство, с которым держалась за ненужные и травмирующие отношения. — Великое сокровище себе нашла и до жути боялась потерять. Потом забеременела, обрадовалась, что смогу Дениса приручить. А он взял и пропал. Бесследно. И тут я прозрела. Поняла, что из этих отношений ничего хорошего, кроме Артемки, не получила.

Женщина кивнула на стену, где висела фотография улыбавшегося до ушей мальчонки, который, похоже, взял от биологического отца лишь пышную черную шевелюру, зато личиком уродился в мать.

* * *

Светлана поставила на стол широченное блюдо с горкой пирожных-трубочек, схватила сверху одно и жадно откусила большущий кусок. Из пирожного полез заварной крем, пачкая ей пальцы и губы. Смелая женщина, немногие себе позволяют так беззаботно наслаждаться кондитерскими изделиями. Гуров вообразил гримасу ужаса на лице своей Марии, присутствуй жена при этом кошмарном допросе. Что ж, проблема «лимпопо» гражданку Кононову не тревожит. Каким-то непостижимым образом ей удается оставаться стройной. Наверное, не зря носит спортивный костюм.

— Даже на алименты не стала подавать, — протолкнув кусок в пищевод, произнесла Светлана, — чтобы полностью обрубить всяческие контакты с этим монстром. И что бы вы думали? Вдруг через два года он вернулся, не навернулся!