Книга Операция «Северные потоки», страница 39 – Ирина Дегтярева

— Лестно, — кивнул Ермилов.

Сказанное Демченко уже больше походило на правду. Именно так обычно и совершают вербовочный подход. По рекомендации, чтобы существовала высокая степень доверия, далее в дело вступают лесть и посулы больших дивидендов от дальнейшего общения.

Демченко покосился на него, уловив в голосе иронию.

— Я сразу понял, что дело пахнет нехорошо. Мне хватало опыта. Но меня попросили не отвергать все с порога… — он запнулся. — Сулили много. Тогда я решил поглядеть что к чему. В самом деле сначала речь шла об африканском побережье.

— В каком отряде вы состояли в семьдесят третьем Центре?

— В первом отряде подводного минирования, — нехотя ответил Демченко. — Да, мне намекнули, что надо будет минировать под водойтанкеры или сухогрузы. Кому они принадлежат, не уточнялось. Намекали на экономическую войну, которую ведут не слишком честно, но зато весьма эффективно.

— Он говорил, на чьей стороне в этой экономической войне вам предлагают воевать?

— Нет. Однако всячески оттенял, что я украинский военный, улыбался многозначительно, говорил, что у меня развязаны руки.

— Что он имел в виду? — Ермилов догадывался, о чем идет речь, но хотел, чтобы его догадку озвучил сам Демченко.

— По-видимому, то, что с моим прошлым в качестве боевого пловца ВМС Украины я, находясь в России на законных основаниях, в качестве гражданина России могу действовать свободно, не вызывая подозрений со стороны компетентных органов.

— То есть вы сразу поняли, что речь идет о действиях в пользу Украины против России? — решил зафиксироваться на этом факте Ермилов.

— Это-то я понял, но говорили о районах Атлантики, очень далеких от России. Не забывайте, я в конечном счете вовсе отказался на них работать, так что не пытайтесь…

— Я и не пытаюсь. Просто хочу конкретики в мельчайших деталях. Вашим заявлением вы полностью обезопасили себя. А если перестанете приукрашать действительность или недоговаривать, то будет еще лучше.

— Говорю как есть! — раздраженно отверг намек Влад.

— Почему вы так рветесь уехать в Стамбул? — сделал вид, что не заметил возмущения Ермилов.

— Странный вопрос! У меня там работа.

«И Алена», — мысленно добавил Ермилов.

— Как англичанин назвался?

— Эдвард, кажется. Скорее всего, вымышленное имя. Хотя… не знаю, может, и настоящее.

— Затем вы встретились второй раз. Тоже в ресторане?

— Нет, он пригласил меня на свою виллу под Стамбулом на берегу Босфора.

— Одного? — уточнил Ермилов, догадываясь, какой будет ответ, и намереваясь лишь посмотреть на реакцию Демченко на нежелательный вопрос.

— Разумеется! На такие беседы не ходят со свидетелями. Там он намекнул, что подводные диверсии придется сперва совершать в более северных широтах. Спросили, готов ли я к погружениям в холодную воду на глубины порядка шестидесяти метров и более? Какое оборудование нужно, сколько времени займет погружение и сколько понадобится времени на подъем, чтобы не получить кессонку? Понадобится ли найтрокс^[23]или тримикс^[24]? На «глубоком воздухе» я погружаться не планировал.Пятьдесят метров на воздухе можно пройти, а дальше… извините. Риск опьянения азотом. Нужен гелий на замену азота, возникает необходимость тащить с собой несколько баллонов с различными смесями. Декстопы^[25], опять же, отнимают время, и часть баллонов съедается.