Книга Агент, переигравший Абвер, страница 80 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

– Какой из тебя офицер абвера? Ты – убийца! Психически больной убийца.

– Да! Ты сдохнешь сейчас, – продолжал, не слушая Жору, новоявленный капитан, наслаждаясь своей властью над тем, кого собирался убить. – Вожди догонят тебя завтра, 30-го, но… – Хабир вдруг запнулся на полуслове, широко раскрыв глаза. Взгляд его остановился на правой руке Жоры, которая показалась из-за спины!.. На большом пальце руки «красовалось» стальное кольцо… от гранаты! Саму гранату Жора сжимал в кулаке, придерживая пальцами спусковой рычажок.

– Я сейчас разожму пальцы, и ты – в преисподней, Хабир, или… как там тебя еще… фон Нойман? Новый человек, значит? Ты не имеешь права вообще называться человеком! Это тебе за Мурата! Отправляйся в ад! – Жора разжал пальцы, посчитал мысленно до трех и, швырнув ее в сторону Хабира, выскочил в дверь. Следом грохнул взрыв!

– Жора! – Это был голос Коли Попова. – Ты живой?

– Живой.

– Опять самовольничаешь?.. Что там рвануло?

– Противопехотная граната.

– Откуда она?

– Английская. Я подобрал ее наверху, у колодца.

Коля внимательно посмотрел на Жору и, кивнув в сторону двери, спросил:

– Там кто?..

– Хабир. Вернее, капитан фон Нойман, как он сам представился. Убийца Мурата. А еще глубоко законспирированный агент абвера.

– Которого мы едва не упустили, – добавил Попов и повернулся к двум спецназовцам: – Бойцы, проверьте там.

– Живой. – Отозвался один из них, после того, как вошел. – Можно сказать, крупно повезло. Ранение в плечо и царапины на голове. Граната в воздухе разорвалась, он упал на землю… получается, поднырнул под нее. Это и спасло.

– Пакуйте его.

Когда один из спецназовцев достал из голенища сапога наручники для Хабира, у того в руке неожиданно мелькнул пистолет и… треснул выстрел!.. Никто толком ничего и понять не успел. Солдат вскрикнул, схватился за бок, завалился на стену и медленно осел в воду. Следующий выстрел пришелся в сторону Жоры. Пуля, просвистев, врезалась в стену, в сантиметре от его виска. Это стало последним, что успел сделать Хабир. Потому что Попов разрядил в него весь барабан, молниеносно вырвав из кобуры свой наган.

– Что с бойцом? – обратился он к солдатам, подхватившим раненого.

– Сквозная рана, – осмотрев товарища, доложил один из них. – Жить будет.

– Срочно наверх его, – потом, повернувшись к Жоре, добавил: – Вообще-то нужно быть осторожней.

– Учту. Спасибо.

– Не за что. Говоришь, это убийца Мурата?

– Да. – Жора исподлобья посмотрел на Хабира-Ноймана. Смерть его была ужасна. Одна из пуль, выпущенная из нагана Попова, сколола большой, заостренный кусок бетона от стены, который, упав, пробил немцу горло, из которого теперь хлестала кровь.

– Больше он никого не убьет, – перехватив взгляд Жоры, произнес Коля, убрал оружие в кобуру и сплюнул в сторону.

Жора молча опустил голову. Возможно, он подумал о том, что убийца Мурата получил по заслугам? А может, о том, что и сто Хабиров не стоят одного вздоха Мурата. Коля не спросил, а Жора ничего не сказал ему, лишь смахнул ладонью горечь с глаз.

Вечером следующего дня, когда в английском посольстве отмечали день рождения премьер-министра Черчилля, Жора собрал ребят на горной поляне. Гоар жарила каштаны, а сам он рассказал, кто на самом деле убил их друга – маленького храброго Мурата – и какая кара постигла Хабира, который оказался одним из главных немецких шпионов и палачей!