Книга Агент, переигравший Абвер, страница 82 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

– Кстати, там, в Индии, сейчас завершают учебу по парашютному делу мои бывшие однокурсники Темир и Зухра. По окончании курса их забросят в Узбекистан для проведения диверсий и шпионажа в пользу Британии. Только зря стараются «друзья». Ребята работают на нашей стороне, – не без злорадства в голосе закончил Жора.

– Как и Симон, – с гордостью за агента, которого перевербовала лично, заявила Гоар. – Его, правда, в Армению забросить не успели, потому что школу свою, вернее, так называемую «радиомастерскую», англичане были вынуждены спешно прикрыть, а Симон со списком данных на пятерых британских агентов пришел к нам.

– Эх, так я и не успел англичанам свой старый приемник на ремонт отдать. Кто мне теперь его починит? – под дружный смех ребят притворно огорчился Ашот и добавил, уже посерьезнев: – Знаете, Иван Иванович разговаривал со мной. Обещал по своим каналам разузнать об отце и брате. Так и сказал: «Обязательно разыщем их!» Не знаю, как уж ему стало известно, что мы с матерью потеряли с ними связь?

– Ребята, у меня каштаны поджарились!.. – весело крикнула Гоар. Ей не очень хотелось, чтобы кто-то догадался, что это она, услышав от Жоры, попросила Агаянца помочь Ашоту и его матери узнать о судьбе родных.

Выручил Айказ:

– Вот это я понимаю, хорошая новость! – воскликнул он, схватил пару горячих орехов и, дуя на них, стал перекидывать из руки в руку. За ним поспешили к сковороде остальные…

День рождения Черчилля прошел в торжественной, спокойной обстановке, будто и не разыгрались вокруг него смертельные схватки. Все планы гитлеровских агентов по уничтожению руководителей трех великих держав были сорваны. Направить камикадзе в набитом взрывчаткой самолете, по плану Скорцени, тоже не получилось. Пока нашли летчика, пока перебрасывали самолет поближе к границе, конференция закончилась и лидеры стран-союзниц разъехались по домам. К тому же работа Тегеранской конференции, которая должна была продлиться до 2 декабря включительно, завершилась на день раньше. Рузвельт, не желая застрять в иранской столице, в связи с ухудшениями погодных условий, которые прогнозировали синоптики, попросил Сталина и Черчилля ударно поработать и подписать все документы вечером 1-го числа, чтоб на следующий день улететь домой. Так и сделали. Важнейшие решения о совместных действиях в войне против Германии, об открытии второго фронта, о послевоенном сотрудничестве трех держав и переустройстве Европы, о создании Организации Объединенных Наций… Все эти и другие решения были приняты и закреплены на бумаге подписями руководителей трех великих стран.

Президент Америки и премьер Великобритании так при этом спешили, что даже не простились перед отлетом с молодым шахом Ирана. Лишь Иосиф Виссарионович счел необходимым лично поблагодарить правителя Мохаммеда Резу Пехлеви за теплый прием и нанес ему визит вежливости. Шах, не ожидавший такой любезности, при виде Сталина стал на колени, чтобы поцеловать ему руку. Советский руководитель поднял с пола шаха, обменявшись с ним рукопожатием. Как потом напишут историки, это имело большое политическое значение для будущих отношений двух стран, не говоря о том, что являлось просто человечным поступком.

За то время пока Сталин прощался с Мохаммедом Резой и направлялся к своему автомобилю, чтобы уехать на аэродром, погода в Тегеране не ухудшилась. Она оставалась солнечной, как настроение у Геворка и Гоар, которые, стоя на одной линии с солдатами оцепления, надеялись увидеть советского вождя. И вот, автомобиль его вырулил с шахского двора и на расстоянии пяти метров медленно проехал мимо молодых людей!