Книга Курс 1. Ноябрь, страница 64 – Гарри Фокс

— Говори, — мягко сказал я. — Чего краснеешь?

— Я не краснею! — возмутилась она, что мгновенно залило её щёки ещё более ярким румянцем. Она сглотнула и, глядя на сплетённые пальцы, выпалила: — Папа… император… он в ярости. Он считает, что из-за моего поступка — дарования тебе титула и земель — ты теперь окончательно откажешься от брака со мной, выбрав Лану. И тогда… он требует, чтобы мы немедленно заключили новый, железный брачный договор. Но у нас с Ланой… честное соревнование. Я дала слово. Я не знаю, что делать. Я в тупике.

Я кивнул, понимая всю тяжесть её положения.

— Да. Ситуация, мягко говоря, складывается не в твою пользу. Но знаешь… твои действия — твоя доброта и то, как ты меня поддержала — были мне очень приятны. Ценю. Поэтому, может, есть альтернативный вариант?

— Какой? — она подняла на меня взгляд, полный надежды.

— Можно составить договор, но включить в него особые условия. Например, что я обязуюсь жениться на победительнице нашей «гонки». С указанием конкретных сроков. Это формально удовлетворит императора, но оставит пространство для манёвра.

— Император требует иного, — печально покачала головой Мария. — Он хочет гарантий. А не условий. Всё очень сложно.

— Тогда мы сократим сроки гонки, — пожал я плечами. — Установим чёткий дедлайн. До него должен быть определён победитель. Всё просто.

— А если победитель так и не будет выявлен? — в её голосе прозвучала паника. — Что тогда? Мы все провалимся!

Я тяжко вздохнул, глядя в её испуганные глаза.

— Тогда… — сказал я медленно, — тогда я женюсь на тебе. И на Лане. Императорский двор допускает наличие двух жён у наследного принца? Это решило бы проблему.

— Технически… да, может, — она выдохнула. — Но… — её взгляд стал почти упрёком,— мог бы просто выбрать меня! И никаких проблем бы не было! Вообще!

— Ага, — фыркнул я. — И Блады бы такие: «А, ну окей, ничего страшного. Нашего наследницу отвергли, ну и ладно. Продолжим дружить». Ты же сама понимаешь, что это война. В лучшем случае — холодная.

Мария сурово нахмурилась, её брови сдвинулись. Она была прекрасна даже в гневе.

— Не хмурь свои прекрасные брови, — сказал я и, не удержавшись, провёл пальцем по её щеке. Она вздрогнула, но не отстранилась, а наоборот, её глаза прикрылись. Она инстинктивно потянулась ко мне, её губы слегка приоткрылись. Я улыбнулся и, наклонившись, нежно, почти по-дружески, чмокнул её в губы. Поцелуй был быстрым, лёгким, но от него Мария отпрянула, будто обожжённая, и снова отвернулась, пряча пылающее лицо.

— Ладно, — прошептала она, придя в себя. — Я… я сделаю так, как ты сказал. Подготовлю проект документа с условиями и сроками. Ты его подпишешь. А потом… — она сделала паузу, — … потом сделаешь мне тот самый массаж. В счёт долга.

— А почему не сейчас? — с наигранным удивлением спросил я. — Я тут, ты тут. Комната свободна.

— Я принцесса! — вспыхнула она, но в её голосе было больше смущения, чем гнева. — Нельзя просто так… прикасаться! Всё должно быть по правилам!

— Как скажешь, — я ухмыльнулся и, прежде чем она успела что-то сказать, снова наклонился и чмокнул её в щёку. — Тогда до встречи на сеансе, Ваше высочество.

— Даа, Роообееерт! — застонала она, закрывая лицо руками. — Ты совершенно неисправим!

— Ага, — согласился я, поднимаясь с места. — И помни главное условие: массаж будет с полным соблюдением техники. А значит, ты будешь… голенькой. Иначе никак.