Книга Мрачные ноты, страница 141 – Пэм Гудвин

Его руки вступают в игру, ласково поглаживая мои бока и грудь. В считаные мгновения эти четыре пальца, четыре точки прикосновения, заряжают мои вены электричеством и заставляют мое тело исполнять многочисленные арпеджио.

– Ты мне нужен. – Тихие слова судорожно слетают с моих губ.

– Я с тобой, – шепчет он, спускаясь ниже и кусая мой сосок.

Я всхлипываю, охваченная сладкой болью, дергаюсь в оковах и не могу освободиться.

Эмерик ухмыляется и снова кусает, втягивая сосок в рот, пока тот не начинает пульсировать.

Как только он переключается на второй, я задерживаю дыхание и качаю головой.

Его губы едва касаются моего соска, дразня меня, а его глаза горят животным желанием, играющим в бездонных синих глубинах.

– Дыши.

В тот момент, когда я делаю вдох, он вонзает в меня зубы. Я вскрикиваю от боли и непроизвольно выгибаю бедра, соскальзывая с края. Эмерик ловит меня и возвращает мою задницу на место, продолжая терзать мою чувствительную плоть, жадно посасывая ее и воспламеняя меня.

– Остановись! – Я стискиваю зубы и сжимаю кулаки в наручниках. – Прошу, хватит.

Орудуя языком, он облизывает место укуса.

– Я не слышу стоп-слова. – Его голос подобен скрипу бритвы.

Слезы застилают мои глаза, а все тело дрожит, как струна арфы. Он наклоняется к моему лицу, скалясь в ухмылке.

– Скажи это.

Бросив взгляд вниз, я прикусываю нижнюю губу. Черт, такое чувство, будто он откусил мои соски, но они все еще на месте, набухшие, твердые и ярко-красные. Нет ни капли крови.

Эмерик отстраняется и отступает назад, похлопывая сложенным ремнем по ногам.

– Куда подевалась та дерзкая девчонка, которая была здесь буквально несколько минут назад?

– Ты укусил меня за грудь!

– А ты только что увеличила количество оргазмов до семи! Продолжишь?

Если он горит желанием выбить из меня стоп-слово, то ему придется приложить куда больше усилий.

Я показываю средний палец за спиной. Жаль, что Эмерик этого не видит.

– Я в порядке.

Он поднимает ремень и прикасается кожаной петлей к моей груди. Мое тело накрывает волной озноба.

Его глаза встречаются с моими, скользят вниз к соскам, а затем вновь возвращаются к моему лицу. Взглядом я бросаю ему вызов и гордо вздергиваю подбородок.

Время останавливается, когда Эмерик наклоняет голову набок и приоткрывает рот. А затем замахивается.

Кожа огненной вспышкой опускается на мой набухший сосок. Мучительный стон застревает в горле, и слезы брызжут из глаз. Эмерик не дает мне ни секунды, чтобы отойти, и тут же наносит удар по другой груди.

Моя спина изгибается, и я едва сдерживаю крик, пока мой разум пытается разобраться в хаосе происходящего. Как я дошла до этого? Почему позволяю этому случиться? Что, черт возьми, я творю?

Ремень падает на пол, и я вздрагиваю. Эмерик тянется к шее и стягивает свою футболку через голову. Джинсы низко висят на его узкой талии, и обнаженный торс зачаровывает рельефными мышцами.

В следующее мгновение он уже рядом со мной, его руки в моих волосах, а губы собирают слезы с моих щеках.

– Ты такая красивая, когда плачешь из-за меня. – Эмерик осыпает поцелуями мои глаза, нос и рот, а его пальцы гладят мои волосы. – О Айвори. Ты даже не представляешь, что делаешь со мной.

Рокот его голоса и нежность прикосновений тушат пылающий жар в моих сосках, но разжигают новое пламя глубоко внутри.