Книга Уроки во грехе, страница 52 – Пэм Гудвин

Поздно вечером, когда я развешивала одежду, в дверь постучали. Я открыла: на пороге стояла Невада.

– Я слышала, сегодня к тебе приезжал брат. – Она вошла без приглашения. – Все только о нем и говорят.

Мне было плевать на девичьи пересуды.

– Я занята, Невада. Чего тебе?

– Не хочешь для начала поздороваться? Это самое малое, что ты можешь сделать после того, как меня отстранили от занятий.

– Э… – я поморщилась. – Ты обвиняешь не того человека.

– Я знаю, что это ты рассказала отцу Магнусу о нашей утренней «молитве».

– Ты снова ошиблась. – Я взяла майку, лежащую на постели, и повесила ее на вешалку.

– Он бегал этой тропой несколько лет подряд. А потом появилась ты. И в то утро застукала нас за нашим занятием – тогда он бегал в последний раз. Потому что ты, мать твою, ему рассказала!

Я могла бы сказать ей правду о том, что это сделала Кэрри, но…

– Я не стукачка. – Я взяла следующую майку. – Такер говорит, отец Магнус теперь бегает вместе с футбольной командой. Может, он просто решил изменить свои привычки.

– Вот только не начинай про Такера. До того, как ты появилась и все испортила, он встречался с Элис.

– Мне не нравится, когда со мной говорят таким тоном. Я никому не говорила про то, что вы подглядываете, и я не отбивала парня у Элис. Я даже не знала, что они встречаются…

– Ты сказала отцу Магнусу, что у меня таблетки лежат на ночном столике.

– Что?

– Не строй из себя дуру. Я знаю, что ты их видела, когда шарила в наших комнатах в поисках печенья, – она ткнула пальцем мне в лицо. – Из-за тебя меня отстранили на две недели!

– Ты настолько сильно ошибаешься, что это просто полная жопа. Прекрати.

– Ты проводишь все время с отцом Магнусом.

– Ну да. Он мой учитель.

– Ты знаешь, что бывает с учителями и студентами, у которых что-то намечается?

– Полагаю, ты знаешь ответ на свой вопрос с тех пор, как поделилась своими планами на этого святошу, когда останешься с ним наедине.

– Он сядет, а тебя всю жизнь будут звать шлюшкой священнослужителя. Как тебе такие заголовки в таблоидах?

– Интересная история. – Я подошла к двери и махнула в сторону коридора. – Спокойной ночи, Невада. Иди уже.

– Я этого не забуду, сестра Китона. – Она промаршировала в коридор и бросила через плечо: – Карма тебя настигнет.

Неделю спустя я сидела на третьем ряду и слушала, как сексуальный баритон Магнуса, вещающего про статистический экономический анализ, заполняет класс.

Я и сама не заметила, как стала мысленно называть его Магнус, а не отец Магнус. Образно говоря, я считала необходимым отделить этого человека от его социальной роли.

Отделить его личность от его работы.

В классе на уроке эконометрики сидели пятнадцать девочек, включая меня. Когда он наклонился, чтобы поднять упавший листок, мы все начали таращиться на его зад.

Непревзойденное совершенство. А как иначе можно было описать такие упругие ягодичные мышцы? По правде говоря, выражением «непревзойденное совершенство» можно было описать всего Магнуса Фалька. Кроме его характера. Так что, пожалуй, стоило выбросить слово «совершенство», оставив лишь определение «непревзойденный».

Ретроград.

Старомодный и местами скучный.

Но по-своему загадочный.

Я воспринимала его как ребус, который надо решить, и это делало его опасно привлекательным. Я хотела выведать его секреты. Я жаждала узнать, что заставило его стать священником и вынудило отвернуться от сексуальности.