Книга Учитель моего сына, страница 29 – Инна Инфинити

Хотя мне уже не до смеха становится, если честно. Чего греха таить, Костя меня волнует. Наша ночь и наше утро не выходят из головы. При каждом воспоминании кровь приливает к щекам жаркой волной. Возможно, если бы я больше не встретила Костю, то и не вспомнила бы о первом встречном, с которым провела ночь. Но так как Аполлон теперь классный руководитель моего ребенка, не могу не думать о нем. А сегодня во время телефонного разговора… Мне показалось, или я тоже вызываю у Кости интерес?

Дура, ты, Света. Конечно, тебе показалось. Сдалась ты ему. У такого Аполлона очередь из девушек.

Тяжело сглатываю. Обидно. И больно.

На экране загорается сообщение из Курятника с пометкой @all.

«Нам нужно устроить субботник. К сожалению, наш кабинет оказался не готов к началу учебного года. В июне мы его плохо помыли, а в августе вообще про субботник забыли, так как менялся классный руководитель и было не до этого. Окна грязные, парты грязные, стулья в жвачках. Это никуда не годится. Я уже договорилась с Константином Сергеевичем, нужно прийти в следующую субботу и привести в порядок кабинет. Посмешище просто. Я прошлась по другим кабинетам, все чистые, кроме нашего».

Оля скоро доведёт меня до трясучки своими попытками залезть Косте в глаза. Ни на какие субботники я ходить не собираюсь. Ни на одном не была и не буду.

«Я на субботник не приду, но могу сдать деньги на клининговую службу», печатаю со злостью и отправляю в Курятник.

Сейчас на меня повалятся гневные сообщения. Ага, вот первое от Марины с дочкой-вундеркиндом.

«Очень жаль, Светлана, что Вы не можете найти время, чтобы отодрать от стульев жвачки, которые приклеивает Ваш сын».

Фыркаю. Ничего другого я и не ожидала услышать.

«Свет, ты ни на одном субботнике за год не была. Я понимаю, что ты много работаешь, но другие родители тоже не загорают. У всех работа, а у многих еще несколько детей в семье, но все как-то находят время для класса», это уже от Оли.

Закрываю Курятник и даже не собираюсь читать дальше.

Костя

— Константин Сергеевич, так что насчёт театра? Предыдущий классный руководитель возглавляла его. Сейчас театр остался без руководителя.

— Предыдущий классный руководитель была учителем литературы, и театр был по ее профилю. А я преподаю алгебру и геометрию. В театре ничего не понимаю.

Ольга, глава родительского комитета, снова прибежала в школу. У нее каждый день находится для этого предлог. И что-то мне подсказывает, что половина ее предлогов — надуманные. Ольга входит в ту самую категорию раздражающих мам учеников, от которых у меня дергается глаз. И она не ограничивается личными визитами в школу. Ольга еще без конца пишет мне сообщения, в том числе поздними вечерами и по выходным.

Обычно так себя ведут девушки, которым я нравлюсь. В моей практике школьного учителя такого было не мало: и мамы учеников ко мне клеились, и старшеклассницы, и коллеги-учительницы. Я не люблю это. Их внимание слишком навязчивое, оно раздражает, намеков они не понимают, а послать прямым текстом я не могу из-за гребанных приличий. До кого-то со временем доходит, что я не готов ответить взаимностью, но есть и другая категория. Типа этой Ольги. Такие навязчивые женщины не то что намеки не понимают, они и прямым текстом не поймут.