Книга Учитель моего сына, страница 30 – Инна Инфинити

— Я буду помогать вам с театром, Константин Сергеевич. Вы не переживайте, вы же не один будете, а со мной.

Громко вздыхаю.

— Я не переживаю, Ольга. Просто театры не входят в сферу моего интереса. Попробуйте договориться с каким-нибудь другим учителем. Вдруг кому-то будет интересно заниматься школьным театром. В конце концов, сходите с этим вопросом к директору.

— Я ходила к директору, она сказала, что театр был личной инициативой предыдущей классной.

Развожу руками.

— Ну тогда я ничем не могу вам помочь. Извините, мне пора.

И чтобы побыстрее от нее отвязаться, скрываюсь в учительской, которая у меня за спиной.

— Я просто больше так не могу! Не могу!

Резко торможу на входе, едва закрыв за собой дверь. Плачет учительница географии. Молодая девушка, на вид года двадцать три или двадцать четыре. Только после педагогического. Вокруг нее кружатся другие учительницы, ближе к пенсионному возрасту.

— Попей водички, — предлагает Людмила Николаевна.

— Ну что ты, не позволяй им так себя доводить, —обнимает за плечи Римма Васильевна.

— У меня даже перекричать их не получается! Они устраивают на моих уроках настоящий бардак! Сминают листы бумаги в комки и кидают друг в друга. А одиннадцатиклассники… — громко всхлипывает.

— Что одиннадцатиклассники?

— Они отпускают в мой адрес пошлые шутки.

— Вот сволочи! Это, наверно, Шувалов из одиннадцатого «А»? Он в прошлом году принёс в школу порножурнал и смотрел на моем уроке, представляете? — негодует Людмила Николаевна. — Я отобрала у него тот журнал, вызвала родителей. Так знаете, как отреагировал его отец? Сказал, что не видит ничего плохого в том, что сын смотрит журнал с голыми девушками. Мол, это нормально, так и должно быть.

— Не могу не согласиться с отцом этого мальчика, — подаю голос. — Вот если бы он смотрел журнал с голыми мужчинами, то да, это была бы настоящая проблема. А так все нормально. У подростка здоровый интерес к противоположному полу.

Людмила Николаевна зеленеет на глазах.

— А то, что он принёс журнал в школу и смотрел его на моем уроке, — это, по-вашему, тоже нормально, Константин Сергеевич? — упирает руки в бока.

— А это уже к вам вопрос, почему вы не смогли заинтересовать ученика на своем уроке. Видимо, журнал был интереснее той темы, которую вы рассказывали.

Географичка опустилась лицом в ладони и тихо всхлипывает. Вот ее мне по-настоящему жалко. Молодая, совсем без опыта, не может заработать авторитет у детей. Сейчас старые училки науськают ее ставить всем двойки, орать, вызывать родителей в школу. Других методов воздействия на детей они не знают.

— Аж стало интересно, что же вы такого интересного рассказываете на уроках, Константин Сергеевич, что у вас дети сплошь тихие и послушные? — язвит Римма Васильевна.

— Ничего. На моих уроках дети музыку слушают, вам наверняка известна эта история.

— И вы считаете, это нормально? Так должно быть?

— Нет, не нормально. Но я не обвиняю ученика, а ищу причины такого поведения на моем уроке в себе. Значит, я недостаточно заинтересовал ученика, и мне следует подумать, как заинтересовать его сильнее.

Мой ответ не пришёлся им по душе. Училки никогда не видят проблемы в себе. У них всегда виноват ребенок.

Смотрю на часы на запястье. Скоро начнётся урок, надеюсь, Ольга из родительского комитета уже ушла, а не ждётменя под дверью учительской.