Книга Украденная невеста. Месть горца, страница 80 – Злата Романова

— Вот так, милая. Я так сильно хочу тебя, — не могу перестать целовать ее, вжимаясь твердым членом в ее живот и поднимая ее сорочку вверх. — Сними это для меня.

Она поднимает руки и я отбрасываю сорочку в сторону, оставляя ее совершенно голой, а потом ставлю на колени перед собой. Амира не нуждается в подсказках. Она сама тянется и расстегивает мои брюки, доставая уже истекающий член и слизывая капли предсемени своими сладкими губами.

— Блядь, Амира! — рычу в нетерпении, когда хитрая лисица начинает дразниться, целуя и облизывая головку томными движениями, глядя мне в глаза нахальным взглядом.

Улыбнувшись, она широко раскрывает рот, приглашая меня внутрь, и схватив ее за волосы, я толкаюсь, проскальзывая до узкого горла, глядя как она заглатывает меня почти полностью, даже не подавившись. Ее щеки втягиваются, когда она начинает сосать, а тихое урчание в горле вибрацией отдается по жесткой длине, заставляя меня быть нетерпеливым с ней, яростно толкаясь в ее рот. К счастью, мою идеальную жену только сильнее возбуждает грубость, поэтому я не осторожничаю с ней.

Амира гладит своими нежными ручками мои яйца, пока работает ртом, почти без перерыва позволяя мне растягивать свое горло, и сосет так, словно от этого зависит ее жизнь. Только почувствовав наступление оргазма, я вырываюсь из ее кольца ее распухших губ и с громким стоном кончаю на ее красивую грудь и шею, раскрашивая ее белым. Она слизывает то, что попало на ее губы, и вытирает мокрый подбородок, глядя на меня возбужденным взглядом. Моя девочка снова хочет кончить.

Она мягко улыбается, когда я поднимаю ее на ноги, и, притянув меня к себе,медленно целует. Ее губы нежные и теплые, хранящие мой вкус, и несмотря на то, что мое тело получило освобождение, мозг снова хочет ее. Я подхватываю ее на руки и осторожно несу к кровати, аккуратно укладывая на бок, не прерывая нашего поцелуя.

Мои руки ласково и бережно скользят по ее телу, втирая мое семя в ее нежную, гладкую кожу. Я не могу отвести от нее взгляд, ощущая непреодолимое желание любить ее еще сильнее.

— Ты сводишь меня с ума, — шепчу я ей, лаская губами ее воспаленные губы. Мои пальцы с особой осторожностью касаются ее округлившегося живота, чувствуя, как в груди рождается бесконечная нежность к ней и к нашему ребенку.

Она мягко стонет, ее пальцы погружаются в мои волосы, слегка сжимая их в ответ на мои ласки.

— Я так тебя люблю, Джафар, — едва слышно произносит она.

Наши поцелуи становятся глубже и горячее, она прижимается ко мне бедрами и я осторожно проникаю в нее, стараясь быть максимально бережным и внимательным, чувствуя каждый ее вздох, каждую реакцию. Мы движемся в унисон, медленно и глубоко, потому что несмотря на ее нетерпение, я не могу взять ее грубо, пока она беременна, но в этой долгой и нежной любви тоже есть своя изюминка. Амира полностью открыта передо мной, доверяя мне себя целиком, и пока я довожу ее до оргазма, она льнет ко мне с жалобным хныканьем, словно я ее убиваю, и от такого наслаждения на ее лице, я чувствую, как поджимаются мои яйца, даже несмотря на то, что я недавно кончил.

Наконец, достигнув вместе вершины, мы лежим рядом, тяжело дыша, и я не выпускаю ее из своих рук, чувствуя, как ее сердце стучит так близко к моему.

— Когда он родится, у нас больше не будет таких ночей, — внезапно говорит она, надув губки.

Я улыбаюсь и целую ее в нос.

— Тогда будут дни.

— С четырьмя детьми, постоянно требующими внимания? — фыркает она. — Сильно сомневаюсь. Предупреждаю тебя, Джафар, этот последний. Хватит с нас четырех.

— Ты же сама их хотела, — хмыкаю я. — Уверена, что не потребуешь пятого?

— Теперь точно уверена, — вздыхает она. — А если я вдруг передумаю, отговори меня, понял? Не позволяй моим гормонам воздействовать на мой мозг, Джафар.

— В прошлый раз ты так же говорила, — пытаюсь не засмеяться.

— И чем это закончилось? Я, конечно, довольна. Это было правильное решение, потому что Хамзавырос и мне нужен новый малыш, но пятого нам не потянуть, Джафар. Не потакай мне, когда я говорю глупости.

— Но мне так нравится давать тебе все, что ты захочешь, — шепчу ей на ухо, прикусывая мочку. — И ты такая красивая, когда беременна, что я не могу устоять.

— Тогда нам конец, — вздыхает она. — Мы будем размножаться до старости.

Я смеюсь над ее отчаянным тоном и снова обнимаю ее, заверяя, что наш четвертый — точно последний.

К сожалению, так и случается. Но наших трех девочек и мальчика достаточно, чтобы она чувствовала себя счастливой и получила ту большую семью, о которой всегда мечтала.