Книга Новогодний соблазн для босса, страница 32 – Сладкая Арман

Я встала, на автомате начала собирать вещи. Не все. Только самое необходимое. Я не брала ничего из того, что он мне подарил. Только свои старые джинсы, свитера, книги. Я складывала их в сумку, и руки дрожали. Я писала ему смс. Стирала. Снова писала. В конце концов, оставила просто: «Мне нужно уехать. Ненадолго. Мне нужно подумать. Не ищи меня».

Я вышла из апартаментов, оставив ключ на тумбочке у двери. Я не знала, куда иду. У меня не было плана. Было только одно жгучее желание — убежать. От стыда. От его возможного недоверия. От этой жизни, которая так легко, в один миг, снова превратилась в прах. Пик счастья оказался тонким льдом. И я провалилась.

Григорий

Я сидел за столом, уставившись в одну точку, и не мог заставить себя думать. Мысли разбегались, как испуганные тараканы, оставляя после себя лишь ледяную пустоту. Передо мной лежала та самая синяя папка. Рядом — аккуратная пачка денег. Десять тысяч долларов. И слова Элеоноры, произнесенные с холодным, беспристрастным торжеством, все еще висели в воздухе. «...обнаружила в папке, которую Галина последняя держала в руках. Деньги были спрятаны между страниц. Папка валялась в мусоре. Я, разумеется, сразу доложила вам».

Она доложила. При всем отделе. Смакуя каждую деталь. И теперь я сидел здесь, пытаясь совместить два абсолютно несовместимых образа. Галина. Моя Галина, с ее честными, испуганными глазами, с ее гордо поднятой головой перед бывшим мужем. И воровка. Женщина, способная украсть.

«Нужно соответствовать». Элеонора метила точно, как всегда. Она била в самое уязвимое — в нашу связь, в разницу в нашем статусе, в те сомнения, которые, я теперь с ужасом осознавал, таились где-то в глубине. А вдруг? Вдруг ее отчаяние, ее финансовая нестабильность взяли верх? Вдруг за этой мягкостью и нежностью скрывалась расчетливая особа?

Я сгреб все со стола на пол с глухим ревом. Папки, блокноты, клавиатура — все полетело с оглушительным грохотом. Я тяжело дышал, опершись руками о стол. Ярость была слепой и беспощадной. Но к кому? К Элеоноре, которая, по сути, лишь выполнила свой долг? Или к Галине, которая… которая могла меня предать? Я набрал ее номер. Абонент недоступен. Я послал смс. «Где ты? Позвони. Немедленно». Ответа не было. Час. Два.

Тревога начала пересиливать гнев. Где она? Что с ней? Мысли о том, что она могла сделать что-то с собой, от стыда, от отчаяния, пронзили меня острее любого ножа. Я представил ее лицо — испуганное, потерянное. Ту самую Снегурочку в адском зале. Я вызвал к себе начальника службы безопасности, Ивана.

— Найдите ее, — бросил я, не здороваясь. — Галину Волкову. Проверьте апартаменты. Немедленно.

Он кивнул и вышел. Я остался один. Сомнения грызли изнутри. А если она и вправду взяла деньги и сбежала? Смешно. Десять тысяч. Сумма, для меня незначительная, для нее — целое состояние. Но чтобы украсть? У меня? У человека, который отдал бы ей все, что угодно, стоило ей только попросить?

Я вспомнилее глаза, когда я предложил ей помощь с разводом. «Это моя жизнь, Григорий!». В них тогда был не гнев, а отстаивание своего достоинства. Такая женщина не могла украсть. Не могла.

Это был расчетливый удар. Элеонора не хотела просто выгнать ее с работы. Она хотела уничтожить ее в моих глазах. Разрушить то, что мы строили. И она почти преуспела. Я, который клялся защищать ее, позволил семени сомнения прорасти в своей душе. Вернулся Иван.