Книга Сводные. Пламя запретной любви, страница 74 – Ольга Дашкова

Сжимаю остатки салфетки так, что пальцы белеют. Мама. Ее лицо всплывает перед глазами, счастливое, полное надежды, когда она говорит: «Сашенька, мы теперь одна семья». Ее глаза, которые загораются, когда она смотрит на Сергея.

Если она узнает, что я сплю с Егором, что я влюбилась в него, как в героякакого-то дурацкого романа, я не знаю… Не знаю, что она подумает, но я бы на ее месте была в шоке.

А Сергей? Его суровое лицо, его гордость за сына, его консервативные взгляды – все это превратится в ярость. Он заставит Егора уйти, а я останусь одна, с чувством вины, которое сожрет меня изнутри, потому что именно я, только я своим решением отдаться Егору разрушила нашу семью.

– Я знаю… – Слезы жгут глаза, грозя пролиться. – Знаю, что это неправильно. Я сто раз говорила себе, что надо остановиться. Что это безумие. Но я не могу, Лиза. Пыталась. Правда пыталась. Но каждый раз, когда он рядом, я… я просто тону в нем. В его взгляде, в его голосе, в его прикосновениях. Это как болезнь.

Лиза качает головой, ее губы сжимаются в тонкую линию. Она тянется через стол, хватает мою руку. Ее пальцы холодные, а мои дрожат, как осиновый лист.

– Саш, я не осуждаю тебя, я вижу, как ты мучаешься. Ты выглядишь так, как будто каждую ночь не спишь, а сражаешься с демонами. Это не любовь, Саш. Любовь не должна быть такой… мучительной.

– А какая она должна быть? – выпаливаю я, и в моем голосе больше злости, чем я ожидала. – Легкой? Простой? Как в фильмах, где все заканчивается свадьбой и титрами? Я не знаю, как это работает, Лиза! Это моя первая любовь, и она… она разрывает меня на части. Но без него я не могу дышать. Понимаешь? Без него я просто… пустая.

Лиза смотрит на меня, и в ее глазах мелькает что-то теплое, почти материнское. Она сжимает мою руку крепче, но ее голос остается строгим:

– Я понимаю, что ты чувствуешь. Правда. Но подумай, что будет, если правда выплывет? Я даже не могу представить, как они отреагируют, это же взрослые, и все, что выходит за рамки их выстроенного мира, является ненормальным. А как отец может наказать Егора? Я слышала, он строгий, и Егор просто может исчезнет из твоей жизни навсегда. Ты готова к этому? К тому, что вас будут ненавидеть? Что в универе начнут шептаться за твоей спиной? Людям только дай повод, и не важно, что вы не кровные родственники, все будут говорить, что ты спишь с братом.

Вздрагиваю от слова «брат». Оно режет, как нож. Он не мой брат. Не по крови. Но для всех остальных – да. Для мамы, для Сергея, для всего мира. Я опускаю голову, пряча лицо в ладонях. Слезы все-таки срываются, горячие и соленые, и я не пытаюсьих остановить.

– Я устала прятаться, – шепчу, и голос ломается. – Устала притворяться за завтраком, будто он мне никто. Устала бояться, что кто-то заметит, как он смотрит на меня или как я вздрагиваю, когда он проходит мимо. Устала лгать маме, Сергею, себе. Но я не знаю, как остановиться. Не знаю, как жить без него.

Лиза молчит, и я чувствую ее взгляд, тяжелый, как свинец. Она отпивает глоток своего кофе, потом ставит чашку с тихим стуком.

– Саш, – говорит она, и в ее голосе появляется что-то новое, почти отчаяние. – Это как идти по минному полю. Один неверный шаг – и все взорвется. Ты готова к этому? К тому, что потеряешь семью, друзей, репутацию? К тому, что вас с Егором будут обсуждать, как грязный секрет?