Книга Всего лишь бывшие, страница 99 – Ольга Рузанова

Я обнимаю его за шею и, подтянувшись вверх, прилипаю грудью к тонкой ткани рубашки, чувствуя под ней горячее твердое тело.

Мы лижемся как животные, кусаемся, тремся друг о друга и лапаем.

Он всюду. Руки гладят спину и жадно, до боли, мнут ягодицы. Чувствую животом, как дергается запертая в одежду его эрекция. Между нами искры и сорванное дыхание.

Поддев под попу, Давит отрывает меня от пола и куда-то несет. Мне все равно, куда. Обвиваю ногами и продолжаю целовать его, не обращая внимания на нюансы. От желания ощутить его в себе темнеет в глазах.

— Без прелюдий, Ксюша, — предупреждает низким вибрирующим голосом, опускаясь вместе со мной на диван, — Все потом...

— Плевать... - выдыхаю шумно, не сводя глаз с его влажных от моей слюны губ, — Плевать на прелюдии...

И на «потом» тоже плевать. Я хочу снова почувствовать себя женщиной. Так уж вышло, что ею настоящей я чувствовала себя только с ним.

Мы целуемся. Сквозь звон в ушах я слышу бряцание пряжки ремня и звук разъезжающейся молнии. Он отдается во мне судорожным сжатием мышц промежности. Я бесстыже мокрая там, но стыдиться не собираюсь. Это физика.

— Ебать... - цедит Росс, когда, нырнув рукой между нами, я помогаю ему сдвинуть белье и обхватываю пальцами каменный член. Упавшая с его вершины теплая капля растекается по моей кисти.

Второй рукойрезко дергаю за ворот рубашки. Одна пуговица, вторая, третья отрывается и бесшумно приземляется на ковер. И на это плевать — мне нужен доступ к его телу.

Давид тоже не теряет время. Убирает в сторону полоску моего белья и, обмазав головку в моих выделениях, насаживает на себя до упора. Держит при этом затылок, силой заставляя смотреть в его глаза.

А я смотрю. Переживая внутренний апокалипсис и борясь с подступающими к глазам слезами, смотрю.

Ощущения сильнее и острее, чем я помнила. Они потрясают до глубины души, достают до сокровенного, спрятанного за семью замками, и расшатывают.

Я опускаю веки. Забираясь руками под полы его рубашки, прячусь за похотью и вожделением. Растираю ладонями мурашки по горячей упругой коже, задеваю ногтями твердые соски.

Ничего, кроме физики.

— Никогда никого... как тебя... - шепчет Давид, поднимая меня и опуская вниз.

— Замолчи... - прошу тихо.

Потому что не надо смешить это с чувствами. Потому что наш секс не про них.

Потом становится не до разговоров, размышлений и всего прочего.

Мы трахаемся как одержимые. Он пялит, натягивает меня на себя как девку. Я стону и царапаю его плечи, забыв о принципах и установках, теряя себя новую и предавая свои гордость и достоинство.

В какой-то момент понимаю, что все идет не по плану. Я переоценила свои возможности.

Все, что происходит между нами, слишком глубинное. Слишком личное и общее для нас двоих.

Оргазм обрушивается как лавина. Я обнимаю его голову и прижимаюсь открытым ртом к виску, судорожно дергаясь в его руках.

— Ксюша... слышу как сквозь вату.

Грубый глубокий толчок. Резкий выпад назад, и мои живот и бедра заливает вязкая горячая жидкость.

Я зажмуриваюсь и чувствую на щеках слезы.

Ксения

Минута после бесконечная. Мне хочется прожить ее побыстрее, поскольку сейчас моя уязвимость максимальная. И в то же время, я боюсь момента, когда она закончится. Нам придется говорить, смотреть друг другу в глаза. Снова сойтись в схватке.