Книга Дача для Забавы, страница 190 – Дирижабль с. чудесами

— Забава, — начал осторожно Миша, — У тебя уже взрослая дочь. Она уже даже неподросток, чтобы переживать из-за брата. Думаю, дело не в нём. — Иди сюда, — он потянул ее на диван. — Садись удобно и рассказывай.

— Ну что рассказывать, ты сам всё видел, — пожаловалась она, положив голову ему на плечо. — А по поводу того, что взрослая, могу с тобой поспорить. Ты знал, что кора головного мозга формируется до двадцати шести лет? Это нам с тобой с высоты жизненного опыта кажется, что всё и так понятно. Что у мамы может быть своя жизнь. Оксанка же на меня как на отдельную женщину никогда не смотрела, понимаешь? Для нее я всегда была просто мамой. Которая заботится о ней, как может. Она же мне какого-то жениха даже подыскала, представляешь? Не удивлюсь, если она думает, что сорокалетней маме нужен рядом мужчина, чтоб сериалы вместе смотреть.

Забава вздохнула тяжело.

— Не знаю, как сесть теперь за работу. Мысли все не о том. Напроверяю сейчас так, что рецензент за голову схватится.

— Не проверяй, — Миша улыбнулся хитро. — У тебя сегодня выходной. Вот и отдыхай. Хочешь, сериал посмотрим?

Серия уже подходила к концу, когда тишину комнаты прорезала настойчивая вибрация. Телефон, лежавший на столе, плясал, освещая полумрак комнаты резким голубым светом. Забава вздрогнула и посмотрела на экран.

В груди кольнуло.

— Видишь, — тихо проговорил Миша, не отрывая взгляда от ноутбука, где в это время герои на экране обменивались прощальными репликами. — А ты переживала.

Забава, сделав глубокий вдох, ответила на вызов.

— Привет, зайка.

Голос Оксаны в динамике прозвучал растерянно, и материнское сердце сжалось.

— Мам, ты где? Я приехала. Стою возле дома. Дверь закрыта, света нет.

Забава на мгновение опешила, её мозг лихорадочно пытался понять, что происходит.

— У какого дома? — неловко переспросила она.

— У твоего. На даче. Я на такси приехала.

— Давно стоишь? Не замёрзла?

— Нет, минут пять всего. Но тут темно и холодно.

— Если мёрзнешь, в баню зайди, дверь не заперта, там хоть потеплее, — быстро сообразила Забава, уже вставая с дивана. — Сейчас приду.

Она сбросила звонок. Внутри было боязно и радостно одновременно.

— Всё в порядке? — спросил Миша, поставив сериал на паузу.

— Оксанка приехала. Вроде бы не возмущается. Наверное, хочет поговорить.

— Давай я тебя подвезу. Быстрее будет, — предложил он,поднимаясь.

* * *

Они ехали в тишине, разбиваемой только шуршанием шин по укатанному снегу. Свет фар выхватывал из темноты знакомые заснеженные заборы, тёмные силуэты спящих дач. Через десять минут машина мягко остановилась у калитки. В окнах её дома было темно и пусто, лишь от бани через двор струился слабый золотистый свет из крошечного окна.

Забава развернулась к Мише. Слова казались ненужными и слишком громкими в этой хрустальной ночной тишине. Она коротко, с благодарностью прикоснулась губами к его щеке, ощутив под ними лёгкую колючесть небритой кожи.

— Удачи, — еле слышно пожелал он ей в темноте салона.

Она вышла, захлопнула дверцу, и машина, помедлив секунду, тронулась с места, чтобы развернуться и уехать. Забава не смотрела ей вслед, она стояла, слушая, как звук мотора стихает вдалеке, растворяясь в огромной, всепоглощающей тишине ночного СНТ.

Где-то вдалеке лаяла собака. С конюшни донеслось фырканье лошадей. Слева, отозвались коротким блеяньем козы. Откуда-то потянуло дымком.