Книга Клянусь, ты моя, страница 112 – Юлианна Орлова

Батя.

Моменты, пока я принимаю вызов, одни из самых сложных. Я даже не слышу по факту сначала голос отца, только внимаю информации, прикусив челюсть с такой силой, что чувствуется скрежет зубов.

— Все живы, спокойно! Яна рожает, кидаю адрес. Если хочешь, приезжай сюда.

Пиздец. Что значит, если хочешь? По всему телу словно сначала кипятком облили, а следом льдом завернули.

Паника сменяется шоковой радостью. Я с силой сжимаю руль, улыбаюсь, и еду по адресу, что уже успевает выслать отец.

Мы все понимали, что Янка скоро рожать должна. Но как это все чертовски не вовремя наложилось одно на другое. У нас вообще нельзя сказать, что хоть что-то происходит в свое время.

Как не понос, то золотуха.

Может и правда к бабке сходить, пусть яйца выкатывает? Я ни разу не был у таких, тем более никогда не считал, что это все взаправду, но сейчас готов и к черту на кулички сходить, если ряд проблем просто отойдут на второй план, а лучше на какой-то десятый или двадцатый.

В больнице деда вижу первым, и быстрым шагом иду обниматься. У меня давно не было такой нежности а сейчас пробирает.

— Дед, бляха, что за херня творится? — недовольно бубню, а он с улыбкой касается моего бритого ежа.

— Меня тоже волнует этотвопрос, — подмигивает, хмурясь. Никаких прямо откровенно видимых повреждений я не вижу, и потому немного успокаиваюсь.

Пока не замечаю трахателя молодежи, то есть ухажера своей сестры. Бесит до трясучки его самодовольный вид, и то, как он стоит рядом с моей сестрой.

Мою недвусмысленную реакцию замечает и дед, но перехватывает мой первый порыв расквасить ему рожу.

— Не надо, он на нашей стороне и показал полную лояльность.

— А когда бабки требовал за то, чтобы Свету в покое оставить, он тоже лояльным был, дед? Да ему надо чистить рожу каждый день, чтобы, сука, понял, что такое боль. И хоть денек прожил все то, что прожила моя сестра, — рычу с напором, ощущая, что мышцы сами готовы отработать.

Разум может не участвовать, подключим его после мордобоя.

— Внук, я все сказал. Ему можно доверять. Я тебе это говорю. Во многом благодаря ему, мы выжили, а не оказались где-то законсервированными в сгоревшей тачке, — хмурится сильнее, удерживая меня силком на месте.

Вот и годков моему деду ого-го, а фору молодняку еще даст.

Играю желваками, но с силой отворачиваюсь.

В сраку это все. Надоело. Хорошеньким оказался, падла? Интересно, что за очередная игра у него на уме? Не верю! Моей сестре он не пара и точка, какие бы там поступки после не совершил. Не верю я его наглой роже ни секунды!

ВЛАД

МЕНЯ БЕСИТ ВСЕ ОТ СЛОВА СОВСЕМ. Понятия не имею, как держать себя в руках, но когда отец в очередной раз осаждает меня, перехватывая инициативу в разговоре с бывшим Светы, меня кроет еще сильнее.

— Ты его еще в задницу поцелуй, он всего лишь трахал твою дочь, а потом бабки запросил! Делов-то епта!

— Сын! Немедленно прекрати!

Что? Он сейчас что? Закрыл мне рот при этом чувырле? В самом деле? А что дальше? Может усыновит его?

В голове взрывается все!

— Ой да пошли вы все к чертовой матери! — взрываюсь праведным гневом, потому что остопиздело уже все это!

Мало того, что я трижды за два дня пытался с ним поговорить насчет Златы, но то не заставал дома, то мне сообщали, “что вечером”, так еще и это все! Вечером у тренировки, и я не в состоянии разорваться.