Книга Развод. Прощай, предатель, страница 3 – Вивиан Фокс

Мы познакомились, когда его машинаобдала меня грязью. Это была затяжная весна с квашней под ногами. Я шла по тротуару, стараясь находить более-менее сухие участки асфальта, потому что мои старые сапожки не выдерживали такого напора воды, как в ту весну. Они мгновенно промокали, и мне надо было минимум сутки после такого их просушивать. А суток у меня не было. Я поступила учиться на швею, и занятия были каждый день.

Когда проезжавшая мимо машина окатила меня по пояс, я даже высказать возмущение не смогла. Просто захлебнулась воздухом. Но водитель остановился. Задняя дверца открылась, и из нее вышел элегантный мужчина в темно-синем пальто до колена и такого же цвета галстуке поверх белоснежной рубашки. Помню, как я тогда застыла, осматривая его. Мне показалось, что он не с этой планеты. Будто явился откуда-то с Олимпа, о котором рассказывала наш учитель по культуре. Эх, ей бы самой культуре обучиться.

В тот день Сергей привез меня в какой-то ресторан с камином в зале. Усадил меня перед камином, заказал нам изысканный ужин. Я влюбилась мгновенно. Мне не нужно было дважды смотреть на него, чтобы поддаться его очарованию. Он красиво ухаживал, сыпал шутками, говорил комплименты. И смотрел так… будто я — единственная девушка на планете. Любая бы клюнула. Они и клюют. Особенно его бывшая. Виолетта Добрынина. Она до сих пор его не отпустила.

Гораздо позже после нашего с Сережей знакомства я узнала, что тогда он еще встречался с ней. Расстался, когда понял, что со мной у него все серьезно. Она до сих пор не может простить этого ни мне, ни ему. Я не нуждаюсь в ее прощении, и все равно неприятно на всех мероприятиях, на которых мы пересекаемся, ловить на себе взгляды, полные ненависти.

Позавтракав, я беру книгу и размещаюсь в библиотеке. Прислуга уже разожгла здесь настоящий камин, и я, кутаясь в шерстяной плед, погружаюсь в очередной мир фэнтези. К счастью, мне никуда сегодня не нужно ехать, и я могу поглядывать на вьюгу за окном в перерывах между чтением.

Час спустя в библиотеку врывается водитель Сережи, Михаил.

— Александра Ивановна, — напряженно произносит он.

— Что-то случилось? — встаю с кресла.

Ох, не нравится мне ни то, как горит лихорадочным блеском его взгляд, ни мои трясущиеся колени.

— Сергей Дмитриевич… он… В общем, самолет упал на взлете.

— Упал? — выдыхаю практическибесшумно и приземляюсь назад в кресло. Накрываю грудную клетку ладонью и сжимаю в кулаке крупный золотой кулон, который гранями врезается в мои побелевшие пальцы.

— Упал, — повторяет водитель.

— А Сережа? — спрашиваю сипло. — Сережа жив?

— Не знаю пока. Мне доложила охрана. Надо ехать в аэропорт, чтобы узнать. Я выезжаю. Подумал, вы бы хотели поехать со мной.

— Д-да, — шепчу. — Я только сейчас. Сейчас.

Начинаю метаться взглядом по комнате, не понимая, что мне нужно сделать. Задерживаюсь взглядом на своих пушистых тапочках цвета пыльной розы. Понимаю, что нельзя ехать ни в них, ни в домашнем велюровом костюме. Но не понимаю, что нужно сделать, чтобы это исправить. В висок колотится мысль, что же я буду делать, если с Сережей что-нибудь случится?

— Частичная потеря памяти, — резюмирует врач после того, как вывалил на меня кучу дополнительной информации.

— Что это значит? — спрашиваю, сжав на груди полы наброшенного больничного халата.