Книга Эксклюзивные права на тело, страница 58 – Саша Кей

И при этом я понимаю, что это ненормально.

И сама ситуация, и моя реакция на нее.

Ощутив, что ладонь Корельского беспрепятственно наслаждается тяжестью моей груди, я решаю побороть в себе самку, уже готовую сдаться самцу и его желаниям.

Так нельзя.

Нельзя терять голову.

Нельзя позволять Ярославу брать меня, когда он этого захочет.

Нельзя превращаться в покорное его воле существо.

Даже если я в зависимом положении, я личность!

И с трудом разорвав зрительный контакт, я отталкиваю Яра. Вскакиваю и, запахивая рубашку на ходу, покидаю кухню.

Почему-то я была уверена, что Корельский не будет меня догонять, но я крупно ошибаюсь.

Уже возле лестницы, он хватает меня и, развернув к себе лицом, вжимает в стену.

Одного взгляда на лицо Яра достаточно, чтобы понять, что у кого-то планка упала. Так бывает. Чем дольше держишься, тем сильнее срыв. И тут, похоже, тот же случай.

Мое бегство привело Корельского в ярость.

И он всю ее вкладывает в поцелуй-наказание, заставляющий меня замереть, как замирает слабый зверек перед крупным хищником.

— Ну что же ты, Эмма? — цедит Яр, оторвавшись от моих припухших губ. — Все должно быть по-честному. Нужно при свете дня убедиться, что твои стоны — это признак мужественного терпения.

— Пусти! — отмерев, я начинаю вырываться.

Сейчас он меня пугает.

В таком состоянии Яр вряд ли способен на нежность.

— Отпущу, если ты действительно этого захочешь.

А сам придавливает меня собой и не мешкая забирается рукой в шорты, не способные оказать ему сопротивление.

Я очень зря пренебрегла бельем после душа.

Минимум препятствий на пути Яра. Мое сокровенное сразу оказывается в плену неумолимых пальцев.

Упираюсь руками в грудь Корельского, но это равносильно тому, чтобы пытаться сдвинуть с места скалу. А Яр, обездвижив меня, совсем не стесняется в своих действиях.

Прижавшись губами к моей шее, он издевается: то слегка прихватит нежную кожу зубами, то пожалеет ее языком. Одна рука накрывает холмик груди и весьма ненежно сжимает, вызывая у меня унизительные спазмы внизу живота, а другая кончиками пальцев прогуливается вдоль промежности, чуть надавливая на наливающиеся теплом складочки.

Я пытаюсь извиваться, но несмотря на мои старания природа берет свое. Соски напрягаются, выдавая мое состояние. Да и между губок выступает смазка.

Стыд обжигает. Похоть постепенно берет верх.

Ужасно то, что голова не отключается.

Я прекрасно все осознаю.

Но страсть Яра заражает против воли. Меня не может не пронять, его горячее дыхание, вздымающаяся грудь, настойчивость и сам факт того, что он хочет меня настолько сильно.

Определенно, Яр хочет меня наказать. Я это чувствую, но тело, которое уже знает, что с Корельским может быть сладко. Боль первого раза забыта, и я снова готова для него.

Яр перекатывает напряженный сосок между пальцами, продолжая ласкать меня между ног. И когда он чувствует мои густые соки, горячий шепот обжигает мое ухо:

— Это что, Эмма? — с этими словами Яр раздвигает складочки и с нажимом проводитмежду ними.

Он кружит подушечкой большого пальца по скользкой плоти, пока не нащупывает плотную горошинку, которая от каждого нажатия набухает и превращается в комок оголенных нервов, по которым бегут электрические разряды.

— Давай, скажи, что тебе не нравится то, что я делаю, — приказывает Яр, но я только прикусываю губу, чтобы не прорвались похотливые стоны.